8
0Говорят: \'\'Дай магу время – и он сладит с целой армией\'\'». Фаргал видел собственными глазами, как ядовитый туман пожирал сотни отважных и умелых солдат. Или как те же солдаты бросали наземь оружие, чтобы раскалившиеся рукояти не прожгли им ладони до костей. Но сам он убивал и магов…
Главное – внезапность…
– Стой! – прошептал царь.
Хруст сучьев под копытами лошадей тут же стих.
Фаргал спешился, отпустил поводья. Он знал, стоит свистнуть – и конь вновь окажется рядом. Да и лошади Люга и Шотара вышколены не хуже.
Камень на перстне пылал зеленым огнем: враг рядом!
Фаргал вглядывался во тьму, но не видел ни огня, ни стены, ни капища. Ни даже хижины углежога, сплетенной из ветвей.
Сокт и Шотар застыли позади, сдерживая дыхание, чтобы не мешать царю вслушиваться в ночь.
Медленно-медленно Фаргал двинулся вперед. Он ставил ногу мягко, беззвучно, осторожно.
Но вокруг была такая темень, что Фаргал едва не наступил на то, что искал. У его ног, завернувшись в плащ, лежал человек.
Или – нелюдь…
Царь поднял руку, развернул ее ладонью назад и один раз сжал и разжал кулак.
Его спутники увидели, как вспыхнул и погас зеленый огонек, и без слов поняли: Фаргал наткнулся на врага. Одного.
Царь осторожно переступил через лежащего.
И через три шага обнаружил еще одного. А еще через несколько шагов – третьего.
«Да их тут не меньше дюжины!» – подумал он.
«Почему нет часовых?» – размышлял Фаргал, обходя лежащие на голой земле тела.
И тут же заметил часового.
Царь ожидал увидеть дозорного, сидящего спиной к костру. Фаргал забыл, что есть глаза, не нуждающиеся в свете.
Часовой сидел на корточках. Силуэт его почти сливался со стволом дерева. То, что Фаргал сумел его разглядеть, было удачей. И нельзя было ее упустить.
Царь подкрадывался к сторожу очень тихо. Мысль, что он окружен неизвестным числом врагов, утраивала осторожность Фаргала.
Сторож почувствовал приближение царя как раз в тот момент, когда Фаргал, очень медленно и плавно, вынимал из ножен меч. Пара красных глаз вспыхнула… и погасла. Клинок с молниеносной быстротой рассек горло. И по сопротивлению разрезаемой плоти Фаргал понял: нелюдь. Но некогда было разбираться, кого он убил. А меч царя всегда оправдывал свой девиз: «Рублю демонов так же легко, как человеков!» Древние руны редко лгут.
Впрочем, Фаргалу некогда было разбираться, кого именно он убил. Ясно, что врага. Наткнувшись еще на одного лежащего, царь быстро сдернул с его головы капюшон. И, увидев пылающий глаз, вонзил в него острие кинжала, который держал в левой руке. Умирая, существо даже не вздрогнуло. У него не было души, что могла сотрясти тело, покидая его.
Фаргал обернулся и с трудом различил позади силуэты соратников. Подняв меч, царь перевернул его острием вниз.
