8
0А до этого шесть лет сражался на равнинах: сначала – за Императора Самери, потом, после года, проведенного в трущобах Вертална,– за повелителя Эгерина. Но только оказавшись под началом Фаргала, тогда еще не Императора, а всего лишь сотника, Кайр понял, что нашел свое место на Земле Ашшура.
В тот год, последний перед своим стремительным возвышением, Фаргал приехал в Эгерин начальником отряда, сопровождавшего посла Императора Йорганкеша. Там он встретил Кайра – и увез с собой. Законы наемников просты: в мирное время можешь уйти когда вздумается. Но не рассчитывай, что получишь остаток жалованья. Кайр плюнул на несколько серебряных монет, причитавшихся ему от отца Хар-Азгаура, и уплыл вместе с Фаргалом, очарованный исходящей от сотника силой. И не пожалел.
Спустя год Кайр сам стал сотником. И учился у Фаргала искусству военачальника. Он преуспел. И теперь собирался поделиться всем, что умеет. Но не было сына у тысяцкого Кайра. Поэтому в ответ на его молитву Аш (истинный горец никогда не отступает от веры предков) подарил воину Кэра. Когда дни Кайра иссякнут, воин клана Мечей Кэр, сын Хардаларула, станет продолжением тысяцкого на этой земле.
Черный всадник, увидев едущих навстречу воинов, отступил в тень арки и погладил шею своего коня: стой спокойно!
Пятеро воинов не спеша проехали мимо. Ни один из них, даже самерийские горцы, не заметили ни всадника, ни огромного пса, присевшего сбоку. Так две стрелы, посланные лучниками друг в друга, расходятся в воздухе, неся каждая свою судьбу.
Это было за час до того, как царь, вернувшись во дворец, увидел свой непонятный сон.
Сон Фаргал запомнил, а встретившихся всадников – нет. Память человека не всегда выделяет главное.
26
Я ошибся, должно быть. Но был, по-особому, прав!
За стеной крепостной не увидишь бегущего полем.
Из-под панциря башни не чувствуешь запаха трав…
Вязкий скрежет железа… Должно быть, мне рано на волю!
Ветер вскинул песок – я поймал его жадно распяленным ртом.
Поперхнулся, закашлялся, вытянул вялые руки
И упал. А земля, завернувшись винтом,
Мне воткнулась в затылок. И тотчас какие-то Звуки
Заплясали, запрыгали сотнями мелких зверьков.
Закричали испуганно, вспыхнули заячьим пухом…
А потом было утро. И было светло и легко.
Только жарко немного, а в горле щекотно и сухо.
И еще… А потом…
Я не помню, что было потом!
Но когда я очнулся, распятый на каменных плитах,
То неведомый Некто, с зеленым кленовым листом
На груди, прошептал мне:
– Мужайся! Так надо.
Ты выиграл битву!
Сурнаш-Гин. Баллада об изгнании ШаркараЦарская библиотека была куда меньше размерами, чем Тронный Зал или Зал Совета. Но Фаргалу здесь нравилось. Он любил покопаться в Прошлом, почувствовать себя наследником десятков давно ушедших Владык.
