24
0
– Ну да, любил, наверное, – тихо говорит девушка, идя дальше. – Как насчет того, чтобы посмотреть другие комнаты? В женское крыло тебе нельзя, но в этом доме еще куча всего интересного. А потом мы могли бы попить чаю в гостиной.
– Было бы здорово. Ты не устала его нести? Я могу взять, если хочешь.
– На самом деле немного устала, – со смешком передает мне ребенка девушка. – Он довольно тяжелый."
"– Ну да, этот рыжик настоящий обжора и набирает вес не по дням, а по часам, – улыбаюсь я, чмокая Асада в сладкую щечку. – Правда, малыш?
Он пускает пузыри, взволнованно размахивая ручками, и я радуюсь такой реакции, доказывающей, что моему мальчику нравится возвращаться в мои объятия и только на меня он так реагирует.
Общество Азы, которая в отличие от няни не прочь поболтать, нравится мне все больше с каждой минутой. Мы исследуем дом, пока не обходим все комнаты, а потом возвращаемся в гостиную, где для нас уже накрыли чай со сладостями. Асад к тому времени уже дремлет, так что я кладу его на диван рядом с собой, наслаждаясь вкусными пирожными и беседой с Азой на общие темы. Пока нашу идиллию не нарушает грубая женщина, которая возникает на пороге.
– Кто разрешил этой потаскухе разгуливать в моем доме? – резко восклицает она, ударяя тростью по двери, пугая Асада, который тут же заходится криком.
– Тихо, малыш, не бойся, т-ш-ш-ш… – сразу же беру его на руки, пытаясь успокоить и со злостью глядя на злобную мегеру.
– Еще и это отродье с собой притащила! – ядовито шипит старуха, похожая на смерть с косой. – Я вижу, с моей болезнью ты возомнила себя хозяйкой дома, Аза? Ну смотри, что я с тобой теперь сделаю, наглая девчонка!
– Мама, Булат попросил меня показать Вите дом, – защищается Аза, выглядя испуганной. – Вы слишком слабы, не надо было вам вставать. Давайте я провожу вас до ваших комнат.
Она подбегает к сухощавой, но высокой женщине, которая и впрямь выглядит так, словно едва держится на ногах, несмотря на свирепый взгляд и острый язык, но та отталкивает ее, впридачу еще и ударяя тростью по руке, отчего Аза вскрикивает от боли и отшатывается, держась за пострадавшую руку.
– Перестаньте! – испуганно требую я, в ужасе от ее злобных действий. – Какое право вы имеете бить ее?
– Заткнись, потаскуха, ты следующая! – рычит на меня эта страшная женщина. – Я хозяйка этого дома, я здесь закон и власть! Никто и шагу не смеет ступить без моего разрешения!
– Мама! – резко врывается в гостиную злой, как черт, Тагиров. – Ты немедленно возвращаешься к себе!
Я смотрю на Булата впервые за много дней и мне хочется ударить себя за то, как радостно встрепенулось сердце в первый миг, как глаза увидели его.
