7
0
На сцену мдленно вышла высокая фигура в длинной накидке с капюшоном, скрывающая не только тело, но и лицо.
Зазвучали первые аккорды и полился голос. Это был невероятно чистый, звонкий женский голос.
Женщина пела песню — грустную, чувственную и невозможно красивую.
И вдруг, голос женщины на сцене взлетел до невероятной высоты в один такт с музыкой. И в этот момент она скинула с себя балдахин.
Сандра Ламбер выглядела необыкновенно — в одном из моих платьев. Блестящая ткань сверкала в свете софита, подчёркивая изящную фигуру.
Она неподвижно стояла в ореоле светового круга. Иногда на высоких нотах она разводила руки, то собирала ладони у груди…
Музыка кружила, а голос околдовывал и будоражил… Слова песни находили отклик в душе каждого присутствующего в этом зале.
Сандра Ламбер пела необыкновенно.
И наконец, песня подошла к концу. Голос замолк и музыка тихо завершилась на низкой ноте.
Несколько мгновений стояла оглушающая тишина. Зрители ещё находились в очарованном состоянии, в которое их завела певица.
Но вот, оцепенение прошло и зал взорвался аплодисментами и криками.
Я вместе с другими людьми поднялась со своего места, аплодируя необыкновенному таланту, как вдруг мир в моих глазах покачнулся, перевернулся, и всё встало с ног на голову. В ушах резко появился звон, до невыносимой боли пронзив мою голову. Боль была настолько сильной, что я в голос застонала и тяжело опустилась в своё кресло.
По шее потекло что-то горячее, дотронулась пальцами и посмотрела на свои перевёрнутые пальцы сквозь туманную дымку.
Кровь…
— Аврора! — закричал Эрик.
А я понимала, что со мной происходит что-то очень-очень нехорошее.
Последняя моя мысль была о сыне и муже. А потом меня накрыла темнота.
* * *ЭРИК
В стенах исследовательского центра я нарезал круги, не сводя напряжённого взгляда с одной-единственной двери, за которой находилась моя женщина, моя Аврора.
Девочка моя, что с тобой случилось?
Сердце бешено колотилось в груди, голова разрывалась от мыслей — одна страшнее другой.
Я ощущал невыносимую душевную боль, ощущал злость на собственное бессилие, растерянность…
Все чувства словно перемешались и превратились в тугой узел, который терзал, душил, обжигал…
Дышать нормально не могу… В висках пульсирует боль… Руки дрожат и хочется всё вокруг крушить…
Мне страшно. Впервые в жизни мне было действительно страшно.
Когда я потерял свои деньги и положение в обществе — это была лишь досада, но не страх.
Когда мне подкинули ребёнка, то я ощутил раздражение…
А сейчас я боялся.
Боялся потерять её.
Боялся снова не увидеть её карие глаза и тёплую улыбку.
Боялся больше никогда не услышать её голос, её смех…
Дверь, за которой находилась моя Аврора, открылась, и вышел доктор со своим помощником.
