15
0
— Неужели? А по-моему, со своими женами ты быстро всё решил, — Жанна бросает взгляд на моих благоверных.
— По-моему, вас это никак не касается, — с вежливой улыбкой отвечаю, но баронесса явно уловила красные границы, которые ей не стоит переходить, если не хочет серьёзно поссориться со мной.
— Я лишь привела пример, — отступает Жанна."
"Она сбавляет обороты, и дальше мы общаемся на нейтральные темы. Когда баронесса уходит переговорить с другими гостями, на пороге зала возникает гвардеец из моей группы сопровождения. Боец срочно спешит ко мне. Разговаривающая с Меньшиковой Лакомка встревоженно оглядывается на нас, но я подаю ей знак не отвлекаться от княжны и держать марку.
— Проблемы? — коротко спрашиваю гвардейца.
— Большие, шеф. Через одно имение от Сковородщины собралась мощная группировка вассалов Бирюзовых. Пятьсот бойцов, артиллерия, боевые маги.
— Ага, — обдумываю услышанное. — А в Москве разве порядок?
— Нет, — вздыхает гвардеец. — К усадьбе приближается рейдерская группа. Численность неизвестна. Наша гвардия покинула базу, но неизвестно справится ли с угрозой.
— А что Охранка? Как-нибудь реагирует?
— Никаких сообщений от силовиков не было, — качает головой гвардеец. — Прикажите доложить туда обстановку?
— Смысла нет, — качаю головой.
Всё, что успеет сделать Охранка, это звякнуть Бирюзову и сделать ему нагоняй. Но тут еще вопрос, есть ли повод для нагоняя? Война с Хань закончилась, и внутреннее разбирательство между дворянами снова легитимно. А Бирюзов считает себя оскорбленным из-за Сковородщины. Кроме того, даже если Охранка и обругает Бирюзова, он может пойти на риск вызвать ее гнев, лишь бы уничтожить мой род, а там будь что будет.
— Всему роду — боевая готовность, — коротко бросаю гвардейцу и шагаю через зал прямиком к Бирюзову с Быковым. А они уже только и ждут меня. Но чего они никак не ждут — это ухмылки на моем лице.
— Значит, сегодня мы наконец покончим с этим? — бросаю я в лицо боярину.
— Верно, — немного растерянно произносит Бирюзов. — Сейчас мне стоит сказать одно слово — и одновременно штурмуют твой московский дом и Турий Рог. Ты потеряешь весь род за один вечер.
— Быстрее к делу, — прерываю я.
Быков, огромный и грозный, яростно басит, его голос гремит, как раскаты грома:
— Два условия, щенок! Первое — сюда поднимаются твои тавры из группы сопровождения как свидетели! Второе — ты вызываешь меня на Больмганг!
Я удивленно смотрю на гиганта, а потом разражаюсь звонким смехом. Быков и Бирюзов переглядываются, явно не ожидавшие такой реакции.
