10
0В знойные дни, когда солнце палит нещадно и поверхность обожжена радиацией, часто выручает укрытие в прохладных и темных подземельях.
Итак, я уже должен быть под монастырем. На стене попадается первая руна магической сигнализации. Обесточить её не составляет труда. Зачем мне предупреждать Странника о моем прибытии? Пускай будет «сюрпрайз».
Огромная сеть катакомб простирается под всеми корпусами монастырского комплекса, а также за границами крепостных стен. Наверняка, Странник подумывал о том, чтобы подорвать подземные коридоры к чихоястребу. Но тогда монастырь бы обвалился в образовавшуюся земляную полость.
Уже под монастырем я достигаю первых обжитых туннелей. Кажется, здесь устроили темницу. Слишком много разумов запихали в одну комнату. Надо поглядеть, кто там, раз по пути.
Вскоре я достигаю запертой железной двери. Эх, как же не хватает Деда Дасара с его отмычками… Хотя нет, всё в порядке. У меня же нынче есть легионер-магнетик. «Включаю» Винта и взмахом руки отпираю железный засов, а затем спокойно захожу в гости к тюремщикам.
* * *Заипис, Та Сторона
— И-и-ик, — вдруг икает Дед Дасар. — Кто-то вспомнил. Надеюсь, не шеф… А то сроки же, правда, горят.
Лучший вор запивает икоту кружкой эля, а потом поворачивается к сидящему напротив человеку с ожогом на лице. Изуродованный мужчина, расслабленно откинувшись, гуляет сальным взглядом по фигурам молодых подавальщиц. Красавицы походкой от бедра расхаживают по таверне, разнося заказы.
— Ну что, Паленый? Как тебе предлагаемая работка? — спрашивает Дасар.
— Учить капризную девку? — фыркает изуродованный. — Знаешь, я не за тем сжигал Курган о Трех Храмах и прославился как опаснейший огневик на побережье, чтобы нянчиться с неженками. Хотя деньги предлагают хорошие, — признает он, задумавшись. — Кстати, а девчонка красивая? — вдруг смеется он горласто. — Ничего, если я развлекусь с ней и наставлю рога твоему шефу?
— Ничего-ничего. Ну это в том случае, если тебе хочется, чтобы мой шеф растер тебя в кровавую крошку, — спокойно отвечает Дасар. — Как он уже поступил с черными казидами и наемниками Бесчлина.
Паленый резко перестает смеяться, обожженное лицо принимает задумчивое выражение.
— Так твой шеф — тот самый Филин, благодетель Заиписа? Это он же прищучил Френса Готоко, распорядителя порта?! — восклицает Паленый.
— Он самый, — Дасар снова прикладывается к кружке. — Ну что? Всё еще собираешься приставать к жене господина Филина?
— Хм, больше таких мыслей нет, — качает головой Паленый. — За то, что он прибил сволочь Френса, я с радостью пожму ему руку.
