И, судя по всему, из окна здания, а не с улицы.
Мы увязали все глубже и глубже.
Если они уже рассредоточились внутри домов, то скоро нам придется идти в рукопашную, повторения чего мне бы сегодня очень не хотелось.
Богослов вышел на лестничную клетку ровно в тот момент, когда я снял вторую растяжку.
— На два этажа выше, прямо над нами, — скомандовал он. — Здесь пристрелялись. Бронза, как на крыше?
Последнее он говорил уже в передатчик.
— Сунулись раз на соседнюю, а так спокойно. Если соберетесь к нам, смотрите под ноги.
— Понятно.
Квартира двумя этажами выше ничем не отличалась от предыдущей.
Богослов ступил в угловую комнату первым, но, видимо, даже он не ожидал встретить здесь ничего необычного. А может, мне просто повезло, потому что я задержался выставить у входа йюм-4 и зашел в комнату позже, когда Богослов уже укрылся у стены между окнами. И первым врага заметил я."
"Прежде всего я увидел глаза, ошарашенные, наверное, так же, как и у меня.
Может, помог испуг, а может, «шеррингтон». Я не стал целиться — и лупанул сразу из подствольника. Граната пролетела чуть ли не рядом с плечом Богослова, вылетела из нашего окна, влетела ровно в окно, где на меня смотрели безумные глаза парня. За ним был кто-то еще. Хорошо, что граната не попала в них.
Я в это время абсолютно бездумно сделал шаг в сторону и укрылся за стеной, так что сам взрыв я только услышал, но не увидел. Посмотрел на Богослова, который спрятался с другой стороны от окна лишь мгновением позже меня.
— Неплохо для первого дня, — признал Богослов.
Я зарядил новую гранату в подствольник.
— Снимай мину, — скомандовал Богослов, — засветились, уходим.
Судя по всему, он вышел из комнаты вслед за мной и на пару секунд раньше, чем туда влетела граната.
От карты на тактическом дисплее становилось все меньше и меньше толку. Красные и зеленые точки шли вперемешку, постоянно моргали, то делаясь ярче и слегка вспыхивая, показывая, что объект ведет огонь, то перемешаясь чуть ли не вплотную друг к другу.









