Точка заката

Дождался, когда облегченный вздох пронесся по взводу, и лишь после этого, с широкой улыбкой на лице, продолжил:

— Теперь перейдем к основным занятиям. Сегодня у нас тренировка действий штурмового отряда в полной боевой выкладке. Так что подняли щиты — и бегом вон к тому макету дома. Будете его штурмовать.

Дальше я помнил плохо. Утро, с выбиванием щитами дверей, а иногда и не щитами, а просто тараном из взвода в двенадцать человек, запрыгиванием (заползанием) в окно и множеством других полезных упражнений в полной экипировке совершенно не отложилось в моем помутненном сознании.

Я плохо помнил то утро. Да и день, что последовал, тоже.

— Что, вколете нам свежачок? — ухмыльнулся один из парней.

— Кто там захотел поговорить? — тут же спросил сержант. — Как раз не хватает одного человека для вечерней пробежки. Попросили выбрать из разговорчивых. Тишина, не мешаем врачам работать.

Взвод проходил «медосмотр». Возможно, когда-то раньше это означало бы, что у нас померят вес, давление, постучат по коленкам и похолодят стетоскопом. Раз в год.

На базе осмотры проводились еженедельно, к тому же дело не обходилось чисто косметическим обследованием.

Кровь из вены на анализ. Томограф. УЗИ. Кардиосканирование. Оценка состояния мышечных тканей, чуть ли не каждой в отдельности. Кремлевская таблетка, в современном уменьшенном варианте. Мы глотали ее в начале осмотра, а через пару часов, к концу осмотра, она должна была добраться до прямой кишки. И все это время она успешно передавала данные на медицинский компьютер, выдавая всю конфиденциальную информацию о желудочно-кишечном тракте.

Вроде бы на этих осмотрах уже никого не отсеивали. Я о таком не слышал, хоть и все равно волновался.

Если кто и мог попасть под жернова врачей, так это именно я. Слишком маленький, слишком щуплый, слишком не похожий на солдата. Даже частной армии.

Но врачи меня любили. Может, именно из-за всех тех качеств, за которые могли меня и турнуть. Так сказать, срабатывал материнско-отцовский инстинкт.

А может, им просто было все равно.

Отсев после медкомиссии не предполагался, зато предполагалось другое — рекомендации по введению новых бланков. Официально они оставались лишь именно рекомендациями, каждый мог отказаться.

И вот каждого, кто отказался, могли турнуть.

Но пока что врачи вели себя очень консервативно. Мне на этой базе не предложили еще вообще ничего. Особенно после тех процедур, что проделали со мной перед введением «Ходока». Да и другим, насколько я слышал, тоже не слишком везло с новыми бланками.

Это считали именно везением. Как я неожиданно для себя выяснил, многие появились на базе не для того, чтобы заработать денег или влиться в дружную семью корпорации, или стать настоящими солдатами.