Точка росы

— А мне все равно.

— А мне — нет! Ой! Кофточку из-за тебя испачкала! Противный! Любимую белую кофточку, между прочим! Бедная Ксаночка, никто тебя не любит, никто не жалеет...

Андрей слушал щебетание соседки, незаметно разглядывал ее полные аппетитные коленки — и все улыбался. Ему было чуть-чуть грустно.

— А кем ты работаешь?

— Я — секретный агент...

— Да ну тебя, в натуре! Я серьезно спрашиваю!

— Серьезно. Я — разведчик. Мой оперативный позывной — Дональд.

— Может, Микки Маус?! Еще издевается! Не хочешь — не говори, а прикалываться зачем?!

Оксана надула полные маленькие губки и отвернулась, занялась пирожным.

Впрочем, она не умела долго обижаться.

— Вставай, Джеймс Бонд! Пойдем в зал!

— Давай посидим еще. Только первый звонок...

— Пойдем, я сказала! Не хочу толстой попой толкаться по рядам!

Андрей безропотно побрел следом за девушкой, чувствуя себя почтенным отцом, обремененным тройней. Она вдруг ткнула его пальцем в бок.

— Смотри!

— Что?! Где?!

— Ну что ты все спишь! Опять прозевал! Вон у той тетки обалденный мобильник! Красный! Я тоже такой хочу.

— Больше ничего не хочешь?

— Хочу свой дом, яхту и похудеть. Давай орешков еще купим!

— Давай...

Мужчины женятся от переутомления, не иначе. Удивляясь сам себе, Андрей Лехельт покорно свернул к буфету и привалился к стойке, встал в очередь. В зеркалах витрины, в обрамлении сусального золота, он заметил серьезную, сдвинувшую брови темноволосую девушку, похожую на Маринку.

— Вот и первый глюк, — расслабленно проговорил он себе под нос. — А вроде и не пил...

Широкая спина в полосатом костюме, застившая обзор, отвалила от стойки, — и Андрей, не успев даже подумать, мгновенным движением руки прикрыл лицо программкой на манер веера.

— Уф-ф!

Он за секунду вспотел, в который раз благословляя свою разведчицкую реакцию. В метре от него Маринка, затянутая в черный брючный костюм, задумчиво склонилась над бутербродами. Громадный Рома, едва не приседая, мелким бесом вился позади нее на полусогнутых, готовый исполнить любое желание. Они хорошо смотрелись в паре. Поспешно удаляясь, Лехельт еще услышал, как она сказала знакомым хрипловатым голосом:

— Кажется, эта икра несвежая.

Эта совсем обычная фраза, и голос, и запах ее духов гвоздем засели у него в голове.

— Ты почему такой красный?! — удивилась Оксана. — А где орешки?!

— Они несвежие. Там человек ими отравился. Пойдем отсюда. Я сказал — пойдем.

Решительно подхватив девушку под руку, он повел ее вокруг стойки — и тут же развернул обратно, едва не столкнувшись нос к носу с любезной парочкой. Они опять его не заметили. “Чересчур заняты собой”, — отметил Андрей. “Это хорошо... наверное.