Точка росы

Вот увидишь — мы протаскаемся зря и нас перебросят на другой объект! Только государственные денежки проматываем! Знаешь, какова себестоимость одного дня наружного наблюдения? Десять тысяч! Нам Клякса говорил.

Пушок беспокойно заерзала на сиденье.

— Слушай, я в туалет хочу, — с прямодушной простотой сказала она. — Тормозни на перекрестке, вон там, где кабинки.

Морзик озабоченно нахмурился.

— Не надо было столько сока пить! Грохнем ведь!

— Не грохнем, я мухой!

— Мухой... — недовольно проговорил Черемисов. — Между прочим, если Киру поставят старшей группы вместо Кляксы, то освободится должность оперуполномоченного! Меня могут повысить! Или меня, или Андрюху! Я не хочу сейчас грохнуть объект из-за твоей.

.. прихоти.

— Что же мне теперь — описаться из-за твоей карьеры?! Тормози, говорю!

— Потерпеть не может... — бубнил Морзик, нервно паркуясь у бордюрного камня. — Тридцать секунд в твоем распоряжении, поняла! Через тридцать секунд машину в городе уже не найти!

— Пошел ты!.. Сам попробуй сходи за тридцать секунд!

Но она справилась действительно быстро. Усевшись в машину, устроилась поудобнее, вытерла руки салфеткой и сказала:

— Это не Кира нас заездит.

Это ты нас всех заездишь, если в начальники вырвешься. Карьерист несчастный!

Они быстро проскочили остаток Народной улицы и выкатили на Мурманское шоссе.

— Почему сюда? — спросила Людочка. — Он же мог налево свернуть?

— Чутье разведчика... — буркнул Вовка. — Он мог куда угодно свернуть. Ищи его теперь...

Некоторое время ехали молча. Пушок уже начинала чувствовать себя виноватой. Она притихла, искоса поглядывая на мрачного, как туча, напарника. На ее счастье, вскоре справа, поодаль от дороги, показалось продолговатое озерцо, на льду которого скопилась длинная очередь машин в тридцать.

Белая “тойота” стояла в хвосте.

— Вот она! Вот она! — завизжала юная разведчица. — Я ее нашла!

— Не пищи, у меня от твоего писка уши закладывает! Сам вижу, — подобрев, отозвался Морзик.

Людочка от избытка чувств запрыгала на сиденье и захлопала в ладоши.

Морзик сбросил скорость и осторожно съехал с шоссе на проторенную в снегу колею. Пушок с любопытством вытягивала шею.

— Что они там делают, интересно...

На заснеженной глади озера замысловатыми виражами была раскатана гоночная трасса, помеченная в самых крутых местах старыми покрышками.

По трассе, вздымая веером снег на поворотах, мчалась красная “мазда”. Вдоль машин в очереди бегал распорядитель в зеленом клеенчатом жилете поверх ватника, с мегафоном в руках. Второй, с флажком в шашечку, стоял на старте. Он взмахнул флажком, взревел мотор, и вслед “мазде” помчался микроавтобус “Газель”.

— Здорово! — стиснула кулачки Людмилка.

— Прямо Монте-Карло... — важно отозвался Морзик.