Тихоня на боевом факультете

– Удивительно, – говорит Алекс негромко, словно самому себе. – Ни следа магического истощения. Айленгор говорил, что ты полностью восстановилась, но я не верил.

Алекс Тейлор указывает мне на единственное кресло, они же с Кестером устраиваются рядом с Сажиком, заставив его потесниться."

"На мраморном столике в окружении трёх чашек исходит паром знакомый кувшин.

Принимаю чашку из рук отца. Некоторое время мы все трое молчим, вдыхая аромат напитка.

Пауза затягивается. Что тут скажешь? Кес помог мне восстановиться почти мгновенно, а у Алекса вся жизнь изменилась, после того как в него вторглась душа мага…

Стоп! Перевожу взгляд на Сажика-Альфина.

– Погоди! – восклицаю я. – Но ведь у Эрлана не было истощения.

– Ты догадалась? – Алекс со стуком ставит на стол свою чашку. – Я две недели об этом думаю… с момента появления вашего лохматика. Он оброс шерстью, чего не было со мной, но вся его магия восстановилась мгновенно, едва Альфин покинул тело. Здешние целители тоже намекали на то, что у меня была скорее блокировка.

– Но кто мог это сделать?

– Есть одно подозрение. Доказательств нет, и уверенности тоже. Слишком мало данных.

– То есть… Вы догадываетесь, кто именно вас заблокировал, но гоните от себя эту мысль? – подсказывает Кестер.

– Она мне самому не нравится. И я могу ошибаться.

Да что ж такое? Сильный воин и маг, каким я успела узнать отца за эти две недели, мнётся и не решается назвать имя. Так бывает, только когда речь идёт о близком человеке.

– Арон или Майя? – прямо спрашиваю я.

Кестер напрягается. А Алекс тяжело вздыхает.

– Я отправился за грань через четыре дня, после того как расстался с твоей матерью. И вот на четвёртый день перед самым пересечением черты моя магия зашевелилась. До этого момента ощущения внутри солнечного сплетения напоминали скорее смёрзшийся ком, но не пустоту, как должно быть в таких случаях. Тогда я связал оживление стихии с близостью другого мира.

Требовательно смотрю ему в глаза.

– Ты ещё чего-то не договариваешь.

– Я перестал принимать восстанавливающее зелье, которое готовила Майя, в тот же день, как только она ушла, хотя она оставила его с запасом.

– Тебе пришло это в голову только сейчас, когда ты познакомился с Эрланом? – тихо спрашиваю я.

Взгляд Алекса дёргается, словно он пытается его отвести, но я пытливо смотрю ему в глаза в ожидании ответа, и ему ничего не остаётся, как признать:

– Был червячок сомнений.

Чувствую, что эти слова даются ему с трудом.

Кестер явно тоже понимает неловкость момента, он ставит чашку на стол и поднимается.

– Я вспомнил, меня Айленгор просил зайти.