11
0
Отвернувшись от этого убожества, Рауль вошел внутрь и велел лакею доложить о себе.
Лафон принял его с неприличной быстротой. Он был еще по-утреннему небрежно одет и выглядел будто после долгой попойки и бессонной ночи.
Однако некоторым доводилось встречать гостей и в ночной рубашке, так что пристало ли пенять за неряшливый вид?
— Мой дорогой граф, — радушно раскрыл объятия герцог, — как вы вовремя! Я уж намеревался послать за вами.
— Правда?
— Его величество отказал мне в просьбе сочетаться браком с моей дорогой Полин, — признался герцог трагично.
Ну разумеется, отказал, мысленно ухмыльнулся Рауль, ведь ты собрался жениться на цветочнице!
Первая герцогиня, прекрасная Элеонор, происходила из весьма древней семьи, и его величество лично выступил ее посаженным отцом на свадьбе. Не мог ведь Лафон действительно надеяться, что его глупая затея с разводом и простолюдинкой-невестой получит одобрение при дворе.
Сам Рауль на этот счет не волновался. Будучи наследником одного из великих двенадцати вассалов, он освобождался от необходимости просить разрешения на брак с кем бы то ни было.
— А я рассчитывал на совершенно другой результат… Ведь покойный Гийом Восьмой издал особый эдикт, признающий весь наш род ответвлением королевского древа. Вот тебе и названый дядя по крови! Прошу вас, — Лафон подался вперед, обдавая Рауля запахом свежего перегара, и умоляюще заглянул ему в глаза. — Всем известно, как вы дружны с его величеством. Устройте эту свадьбу, и я вам клянусь — вы не будете ни в чем нуждаться.
— Предлагаете мне отправиться в столицу? — поразился он. — К королю?
— Нет-нет, не так далеко. В следующем месяце весь двор сам прибудет в Лазурную гавань.
— Действительно?
Вот что значит торчать в древнем замке — да он же совершенно выпал из светской жизни!
Лазурная гавань — королевская резиденция на побережье — много лет стояла забытой. Предыдущий король, Гийом Деятельный, обожал наезжать туда ради соколиной охоты, свежих трюфелей и молодого вина. Но его сын, Гийом Мечтательный, крайне не любил покидать столицу. Лону природы он предпочитал дворцовые своды, а азарт загонщика испытывал исключительно в погоне за юбками.
— Говорят, — понизив голос, будто опасаясь чужих ушей в собственном доме, сообщил Лафон, — что этой осенью его величество изволит хандрить и желает скрыться от промозглой столичной погоды, нуждаясь в морском воздухе и смене впечатлений.
Чрезвычайно взволнованный такими известиями, Рауль торопливо пригубил вина, скрывая свои чувства.
