Тэсса на краю земли

Дом доктора Картера находился у подножья холма; если подняться по узкой дорожке выше, то можно добраться до обители отшельника Эрла, но никому в Нью-Ньюлине и в голову бы не пришло совершить такое.

Доктор был добрейшим, но безалаберным человеком. Продираясь сквозь мокрую высокую траву заросшего неухоженного сада, Фанни подумала, что злюка Камила Фрост в чем-то права. Одри могла бы выбраться из сарая и хотя бы прополоть сорняки человеку, в чьем саду она самовольно поселилась.

Тут Фанни пришло в голову, что вовсе не нужно ждать от девочки того, чего та делать не хочет, а лучше бы взять дело в свои руки.

Добравшись до сарая, Фанни постучала в крепкую деревянную дверь.

— Одри, — крикнула она, — Тэсса попросила передать тебе, что вечером будут похороны. Она не уверена, что ты читаешь чат деревни.

На небе громыхнуло, и дождь превратился в ливень.

— Да чтоб тебя, — выругалась Фанни себе под нос и повысила голос: — Одри! Ты слышишь меня?

Дверь скрипнула и приоткрылась. В щелке появился один зареванный глаз.

— Значит, Тэсса вернулась? — уточнила Одри. — И привезла… ну…

— Тело, — подсказала Фанни.

Глаз дернулся.

— И где оно теперь? — с нетерпением спросила девчонка.

Фанни опешила. Эта деревня, стоявшая на кладбище, просто помешалась на покойниках.

— В гараже, — ответила она с недоумением.

— Понятно, — буркнула Одри и снова заперлась в сарае.

— Одри, — крикнула Фанни, — не подумай, что я против твоего бурного проявления чувств, но похороны под таким сильным дождем — весьма неприятное мероприятие.

— А оно и не должно быть приятным, — донеслось из сарая.

Конечно.

Нью-ньюлинцы должны страдать сообща.

К тому моменту, когда Фанни добралась до магазинчика «У Кенни», подол ее платья можно было выжимать.

— Знаешь, о чем я подумала, — начала она, толкая дверь. Звякнул над головой колокольчик. — Как только погода позволит, нам нужно будет поработать волонтерами в саду доктора… О, Кенни.

Он стоял, прижимаясь спиной к полкам с продуктами. Почти невидимый, прозрачный, испуганный. Фанни могла бы прочитать надписи на коробках и банках прямо сквозь Кевина.

— Милый, — нежно проворковала она, не зная, можно ли приближаться к нему или это еще больше его напугает, — что с тобой приключилось?

— Фанни, — Кевин съежился, закрыл лицо руками, попытался стать еще более незаметным.

— А я думаю, что наоборот, — она осторожно шагнула вперед и сняла плащ, — я очень даже вовремя. Кевин, мы с тобой два самых больших трусишки Нью-Ньюлина и должны держаться друг друга. Ты хотя бы не воешь на всю округу.

— Да, — он опустил руки и нервно улыбнулся, — хотя бы не вою.