3
0
А потом вдруг появился в Нью-Ньюлине, и кто ему указал дорогу сюда, оставалось загадкой.
— Ну и погода, — заметил Джон, — держу пари, что это Камила довела девчонку. Уж больно она злая — хуже нее только невыносимая Бренда.
— Черт его знает, — сказал доктор. — Одри заперлась в сарае, и выкурить ее оттуда невозможно. Я уж и уговаривал, и угрожал. Стыдно сказать — обещал снести дверь и выпороть, совсем она меня довела. Голодает ребенок. И Тэсса еще уехала! Ничего толком не объяснила, только попросила приглядеть за Одри. А как за ней приглядеть, если она в сарае?
— Уехала? — встревожился Джон.
Он не любил, когда их шериф, мэр и все остальное болталась где-то за пределами деревни. Неправильно это было.
— На катафалке, — со значением подтвердил доктор.
— Вот черт, — Джон расставил на столе заварник и кружки, достал из буфета сушки. — У нас тут сплошные похороны и ни одной свадьбы.
— Так ведь и некому идти под венец.
— А я так скажу: поставь свадебную арку — и желающие найдутся! — заупрямился Джон. — Я подам прошение на имя мэра, как только Тэсса вернется.
Их прервал стук в дверь, а потом раздался голос Кевина:
— Мистер Хиченс! Я вхожу! О, так вы здесь чай пьете! Я ужасно вовремя — Мэри Лу передала для вас круассаны.
Неутомимая совесть Нью-Ньюлина и владелец единственного здесь магазина просочился на кухню, поставил на стол коробку с круассанами, кинул рядом свежие «Расследования», подмигнул Джону, кивнул доктору и, не дожидаясь приглашения, раздобыл себе чистую кружку.
— Нахальный мальчишка, — резюмировал Джон сварливо. — А скажи-ка мне, Кенни, хочешь ли ты жениться?
— Ну что вы, мистер Хиченс, — округлил глаза Кевин, — что я вам плохого сделал?
— А ведь Мэри Лу на тебя смотрит ну чисто моя Джейн в период ухаживаний, — ехидно сказал Джон.
Кевин заерзал и стал чуточку прозрачнее.
— Никак не могу понять, зачем Камила сватает ей этого идиота Эллиота. В его прилипчивости есть что-то противоественное…
Ворчание Джона было прервано яростным восклицанием доктора Картера. Он с омерзением глядел на передовицу «Расследований».
«Все беды от безделья», — кричал заголовок, а дальше Камила Фрост рассуждала о том, что пора бы Одри пристроить хоть к какому-то делу, да хоть улицы мести или сорняки полоть.
Джон аккуратно, как кусок дерьма, взял «Расследования» за самый уголок и выбросил издание в мусорку.
В Нью-Ньюлин Тэсса въехала на рассвете.
Дождь заливал стекла. Фрэнк спал на пассажирском сиденье.
Потушив фары, она прокралась по деревне на тихих оборотах, не желая будить любопытных нью-ньюлинцев.
