3
0
И она остро, до слез захотела себе такую картину, потому что если она будет засыпать, глядя на нее, то ни один кошмар не посмеет ее беспокоить. Померкнет перед лицом этой радости.
— Ты видишь, — довольно провозгласил тот, кто называл себя Холли Лонгли. — Мало кто видит это так ясно, но ты видишь. А теперь посмотри на это.
И он снова бесцеремонно схватил Тэссу за руку и потащил к другой картине, прислоненной к дивану.
— Разве не очевидно? — досадливо произнес воришка. — Совершенно не то!
— Да, — ответила Тэсса без раздумий. — Это просто картина. В ней нет радости.
— Как? — заволновались Милны. Они честно переводили взгляд с одного полотна на другое и не могли уловить разницу. — Подделка?
— Нет-нет, — успокоил их Холли. — Просто когда я писал эту картину, у меня было дурное настроение.
— Ну знаете ли, — фыркнула Дебора. — В таком случае надо было сделать скидку!
— Но зачем, — спросил Билли, — было проникать в наш дом тайно?
— Ах это, — Холли поскучнел. Он неотрывно смотрел на бракованную картину, будто у него руки чесались немедленно взяться за кисть и все исправить. — Признаться, я вообще плохо думал.
— И приехали в Нью-Нюлин, — сказала Тэсса. — Вы действительно очень хотели попасть сюда, раз обошлись без проводника. Идемте в участок, я проверю ваши документы и решу, что с вами делать.
— А картина? — всполошился Холли.
Милны переглянулись.
— Потом вы вернетесь и исправите свой брак, — решил Билли.
— Ну после того, как отсидите срок за незаконное вторжение, — добавила Дебора.
— В тюрьме? — в округлившихся глазах Холли появились слезы.
— Боже, — Тэсса закатила глаза, — только нервных художников нам тут не хватало!
Однако, покидая дом Милнов, она снова бросила прощальный тайный взгляд на пейзаж, ощущая мучительное желание не расставаться с ним.
В управлении уже горел свет, а взволнованная Фанни бегала туда-сюда перед зданием.
— Тэсса, — закричала она издалека и бросилась навстречу, едва не ломая ноги на высоких каблуках.
— А? — встрепенулся Холли, который уныло брел за Тэссой, едва переставляя ноги. Ему очень не хотелось уходить от неправильной картины.
— Да у нас тут куры дохнут, — пояснила Тэсса и неожиданно для себя зевнула. Глаза у нее слипались. Давно она не хотела так сильно спать. — Фанни, открывай контору, оформляем нарушителя.
— Я художник!
— Какой хорошенький, — восхитилась Фанни.
