Терновый венец

В Юдоли Печали множество теней – бывших живых, позабывших даже дарованное им когда-то имя. Там обитают и духи, сохранившие память о себе и о колдовских дарах, которыми прежде обладали. Не знаю, чем мама их подкупила, она не призналась ни мне, ни Морриган… – Клио поняла, что сбилась с ритма, подсказанного ей историей, вмешав в нее себя, рассказчицу. – Какова бы ни была плата, духи научили Бадб обращаться в ворона. Призвав на помощь полуночную теневую магию, Бадб впервые обратилась, будучи запертой в темнице. В обличье птицы она сумела протиснуться меж прутьев решетки и выклевала глаза стражам, охраняющим темницу. Добралась до берега реки, где кипела новая битва, в решающий для обеих сторон момент. Одним своим присутствием на поле боя Бадб привела войско противника в смятение. Треть умерла от страха – сердца воинов просто перестали биться, треть перестреляла друг друга из собственных луков, а последнюю уничтожили воины Ольхового Короля. Тогда Бадб и дали прозвище, которое позже практически заменило ей имя. Леди Ворон.

Взгляд Малика полнился едва ли не благоговением. Слова на мемокарде проступали со скоростью полета, строчки так и мелькали.

– Ты когда-нибудь спрашивала мать, почему именно эта птица? – тихо спросил Ник. – И почему не животное, как принято среди ведьм?

Клио кивнула. Поколебавшись, ответила чужими словами:

– Воронов всегда можно найти на поле боя рядом с погибшими. Они, так уж вышло, крепко связаны с миром мертвых. Как и Бадб. Она с детства видела мир теней, чего до нее не достигала ни одна юная ведьма. Смерть шла с ней рука об руку с того самого мгновения, как Бадб Блэр сделала в мире живых первый вздох. Ворон – лишь одно из воплощений тени. А тень – материя, неотъемлемая часть мира, где она всегда чувствовала себя по-настоящему живой.

Ник хмурился, пытаясь понять, что все это значит. Не сможет. Только тот, кто видел мир теней и был его частью, понимал заложенный в словах Бадб смысл. Морриган, когда мама говорила все это, явно ее понимала.

А Клио… Она могла лишь повторить.

На мемокарде проступили последние сказанные ею слова. Долг Малику уплачен. Настал его черед.

– Что вы хотите услышать, мисс Блэр?

Казалось, даже произносить ее фамилию для него – ни с чем не сравнимое удовольствие.

Едва заметно поморщившись, Клио отозвалась:

– Любые легенды о маме, в которых фигурировали мужчины. Те, кто были ей по-настоящему близки.

Малик сухо рассмеялся.

– О, Леди Ворон привлекали истинные воины. Смею вас заверить, за десятки лет ее жизни их было немало.

– Поаккуратнее с выражениями, – неприязненно бросил Ник.

Вряд ли он симпатизировал мертвой женщине, которую никогда в жизни в глаза не видел (Бадб не из тех матерей, кто жаждет познакомиться с друзьями дочери).