4
0— Собака-Река совсем не страшная!
— Хвастунишка! — весело хмыкнула Лизушка себе под нос, зажмурившись от удовольствия.
Со стороны берега донёсся пронзительный и тревожный визг Вертушки. Лизушка раскрыла глаза и снова оглянулась на Ворчуна. Тот всё ещё беззаботно плыл в сторону Марты, но, к ужасу Лизушка, Собака-Река схватила его своими мощными челюстями и потащила вниз по течению.
«Он не проявил к ней должного уважения!» — запаниковала Лизушка.
— Ворчун! — залаяла она так громко, как только могла. — Ворчун, возвращайся назад!
Но Ворчун уже ничего не мог сделать. На какой-то момент его голова ушла под воду. Потом опять показалась над поверхностью, но мордочку щенка исказил страх. Он задыхался, не плыл и не сопротивлялся. Он выглядел совершенно беспомощным в зубах могучей Собаки-Реки.
От страха и беспомощности Лизушка истошно завыла. Но тут рядом с ней всплыла Марта и стала мордой подталкивать её к берегу. Едва лапки Лизушки заскребли коготками по речному дну, собака развернулась и изо всех сил поплыла к Ворчуну.
Прерывисто дыша, Лизушка вскарабкалась на берег. Вертушка сразу же кинулся к ней.
— Марта ведь его спасёт? — жалобно проскулил он. — Ох, Марта, пожалуйста, доплыви да нашего братика!
— Я его больше не вижу! — захныкала Лизушка. Её лапки вдруг подкосила ужасная слабость. От речной воды, стекавшей со шкурки, повеяло жутким холодом.
— И я… я тоже не вижу! — чуть не задохнулся от отчаяния Вертушка, изо всех сил напрягая глаза."
"Вглядевшись ещё раз вдаль, Лизушка заметила тёмную тень. И эта тень с каждой секундой увеличивалась — Марта усиленно гребла против течения, сжимая в пасти безвольного и ослабевшего Ворчуна. Брату и сестре показалось, будто минула целая вечность, прежде чем чёрная собака выбралась на берег и положила на песок крошечное бездыханное тельце.
— Ворчун! — горестно вскрикнул Вертушка.
Лизушка не смогла даже заскулить. В пасти у неё пересохло, язык прилип к горлу, а тельце до мозга костей пробрал озноб. Её братик почему-то выглядел теперь намного меньше, чем всегда. Это было просто невыносимо!
— Марта, он не шевелится!
— Тихо! — строго цыкнула на щенят Марта. А потом сделала глубокий вдох и, подняв одну из своих сильных перепончатых лап, ударила Ворчуна прямо в бок. Лизушка ахнула и захныкала. Удар показался ей очень болезненным. Но Марта ведь знала, что делала? Марта всегда знала, что делала. Она просто не могла ошибиться именно сейчас!
Ворчун не отреагировал на пинок, и Марта снова ударила его — один раз, второй, третий… Неожиданно тело Ворчуна вздёрнулось, щенок захрипел, и из его пасти потоком хлынула речная вода.
— Благодарю вас, о Всесобаки! — выдохнула с облегчением Марта.
«Похоже, ему очень плохо», — подумала Лизушка, поглядывая на братика.
