Теперь ему принадлежу. Беременна от монстра

Служил, отвоевал свое. Сядь.

Тон насторожил — так начинают серьезный разговор. В глазах снова поселилась тьма. Он ведь о себе читал. Поэтому ушел. Я послушно устроилась за столом и Андрей, выдохнув дым, опустился напротив. Прямо в глаза смотрел — хочет, чтобы поверила.

— Не бойся меня, ладно? — зажав сигарету в углу рта, он показал мне телефон с открытым фото, армейское, с Шелеховым и тем незнакомым парнем. — В молодости я отслужил и подписал контракт.

Пауза была долгой — то ли вспоминал, то ли собирался с силами перед рассказом.

— Это Саша Бестужев, — он ткнул пальцем в незнакомца.

— Мой лучший друг, воевали вместе, так и познакомились. Его отец занимался бизнесом. Когда уволились, Сашка позвал с собой, я его отцу понравился и он предложил работу.

Андрей кривовато улыбнулся, от сигареты между пальцами вился дым.

— У него концерн был здоровый. Куча подразделений. В одном я службу безопасности возглавил. По блату. Деньги хорошие.

Андрей выдул дым.

— Они ко мне, как к родному отнеслись, доверяли, как члену семьи, — он надолго замолчал. — Когда в трясину падаешь, она по чуть-чуть затягивает. Сначала думаешь, можно в любой момент выскочить, а потом чем сильней дергаешься, те глубже тонешь.

И выбора у тебя больше нет.

Он рассказывал, как попал в криминал.

Этого не было в статьях.

— Отец его занимался торговлей оружием, много чем еще. Когда старик понял, что мне можно доверять, мы с Сашкой плотно в это ушли. Защита груза, охрана, силовые методы, если нужно. Ничего не боялись. Здорово было. Денег пропасть. Я с сестрой Сашки встречался, свадьбу хотели.

Он асимметрично улыбнулся, невесело, но без привычного груза в глазах. Эти воспоминания ему нравились.

— Знаешь, Лен… — пробормотал он.

— Так четко помню тот год. Последний год, когда все было хорошо. Все еще живы. Ничего не произошло.

Андрей надолго замолчал.

— А потом, — продолжил он. — Во время покушения в ресторане случайно застрелили Оксану. Конкуренты старика. Не меня, Сашку или парней — ее. Двадцать ей было.

Я смотрела, как он собирается с мыслями и переваривает прошлое заново. Рот стал кривым и заговорил он нечетко:

— Мы им ответили, с этого началась война группировок. Месть в несколько лет, — он смотрел мне в глаза. — Я тогда вспомнил старые навыки.

Многих убрал. Об этом ты и читала. Это все изменило, старик начал меня обвинять, что не уберег ее, все покатилось к черту, я от них ушел. Вот так.

Он докурил до фильтра и погасил окурок в пепельнице. Обжег себе пальцы. Андрей почти сразу прикурил следующую. Ему нужно было успокоиться, а мне прийти в себя. Я открыла окно, и в кухню влетел теплый вечерний ветер. Отрезвил меня, оглушенную откровениями.

— Отойди от окна. Я не закончил.

Я села обратно.

— Все женщины, которых я знал, пострадали. Оксанку застрелили.