Тень у порога

Бергман много раз предлагал мне помощь в развитии талантов, но я неизменно отказывалась. Не знаю, чего боялась больше: действительно чему-то научиться или вовсе не преуспеть.

Если у Фокиных была дочь, возможно, именно ее призрак гуляет по особняку Ольховых и периодически показывается мне. Хотя куда логичнее было бы появляться в доме родителей. Впрочем, чем руководствуются мертвые, я толком не знала.

– Надо найти научные труды Фокина. Он ведь не в стол их пишет?

– Нет, они опубликованы и есть в открытом доступе.

– Ты их уже прочитал?

Я настороженно ждала ответа, уверенная, что Бергман именно так и сделал.

– Так, пробежался по диагонали. Ничего, что могло бы натолкнуть на светлые мысли. Или темные.

– Час от часу не легче, – вздохнула я. – Димка завтра возвращается?

– Соскучилась? – не удержался от колкости Клим.

– Очень, считаю часы, когда наконец-то смогу заключить его в объятия.

– Завтра сможешь. Кстати, Лионелла обещала приготовить особенный обед, – ответил Джокер.

– А вахта? – удивилась я.

– Отобедаем по очереди, – усмехнулся Клим. – Либо я устрою себе постный день.

Я мысленно усмехнулась.

Мало кто из моих знакомых так любит вкусно поесть, как Клим.

– Лучше напросись на пироги к одной из соседских старушек.

– Я бы предпочел Ольгу, мать Ксении. Милейшая женщина и весьма симпатичная, кстати.

– Интересно, симпатичные меньше склонны творить дичь вроде прожигания кукольных животов?

– Скорее больше склонны проводить время с такими же симпатичными представителями мужского пола. А в остальном не знаю, но попытаюсь выяснить. Исключительно чтобы удовлетворить твое любопытство.

Максимильян с Климом продолжали рассуждать о расследовании, выдвигать версии, а я поймала себя на мысли, что ужасно хочу спать.

Воспользовавшись моментом, юркнула в спальню, прилегла на кровать прямо поверх покрывала и тут же провалилась в сон. В тот момент мне казалось, что пятнадцати минут мне будет достаточно, чтобы прийти в себя и сбросить усталость."

"В чувство меня привел монотонный громкий звук. Еще путая сон и явь, я открыла глаза: свет нигде не горел, шторы были плотно задернуты. Откинув одеяло, я вдруг вспомнила, что засыпала одетой, а теперь на мне отсутствовали джинсы и носки.

Но не это меня сейчас волновало больше всего, а повторяющийся звук. Он доносился сверху, разлетаясь по дому эхом: «ку-ку, ку-ку, ку-ку».

Я поднялась с кровати и рванула к лестнице. Когда я оказалась в гостиной, кукушка еще отчаянно билась в своей механической истерике. Словно хотела вылететь из часов, но беспощадный механизм и тугая пружина не давали ей этого сделать.

Вскоре птица сдалась и обреченно скрылась за створками своего вечного деревянного узилища. Стрелки показывали три сорок пять.