6
0Значит, артефакт бесполезен.
Он прав, как бы больно это не звучало.
В тот миг, когда феникс Сильхарда покинул меня, я утратила все магические силы. И дело было вовсе не в кандалах, которые до сих пор украшали мои руки и ноги бесполезными полосками.
Ортред надеялся, что браслеты смогут сдержать мою магию, но он не учел, что у фениксов королевского рода есть дар Созерцания. Когда на них попала моя кровь, я смогла стереть с них все блоки и заклинания. Однако сейчас во мне не ощущалось ни малейшей искорки магии. Ни темной, ни светлой. Я не чувствовала ничего.
– Для тебя это имеет значение? – спросила чуть слышно. – Что я больше… никто…
Он покачал головой:
– Ты не никто, ты моя супруга перед духами и богами. Обряд соединил наши души, ты сама это знаешь.
– Но без магии у нас никогда не будет детей…
– Ну и плевать. Я с самого начала был готов к такому исходу. Хотя надеялся, что обряд Единения разбудит твою драконицу. А ты мне отказала.
– Да, помню, – легкая улыбка тронула мои губы. – Боялась, что у тебя будут проблемы с отцом. Поэтому нашла другой выход.
– Однако сейчас это все уже не имеет значения.
Он вытянул руку и закатал рукав. Под гладкой кожей проступили бронзовые чешуйки. На каждой из них стояла небольшая отметина, похожая на знак Инь и Ян. Одна ее часть тихо светилась желтым, вторая казалась тусклой и мертвой.
– Что это? – я насторожилась.
– Знак истинной пары. С того момента, как мы с тобой столкнулись возле ректорского кабинета, он менял свой цвет много раз. Сначала показывал, что моя истинная – слабый человеческий маг, и я дико бесился. Затем, что она – черный феникс, и я хотел сделать тебя своей фавориткой. А после – хрустальный дракон, и я тайком провел обряд Единения, чтобы ты никуда не сбежала. А теперь…
– А теперь? – повторила я эхом.
Он усмехнулся, возвращая рукав на место:
– Теперь моя истинная вновь человек. На этот раз совершенно обычный. Но знаешь, меня это больше не беспокоит. Кем бы ты ни была, главное, чтобы ты была рядом и любила меня.
От его слов у меня запершило в горле. Еще и глаза защипало.
Я быстро заморгала, боясь, что Айзен заметит дурацкие слезы.
– А ты? – голос дрогнул. – Ты будешь меня любить… вот такую? Без магии и второй ипостаси?
Он взглянул на меня так серьезно, что сердце чуть не оборвалось. Потом шумно выдохнул, встал, преодолел разделяющее нас расстояние и крепко прижал к себе.
– Таш, – услышала я сквозь шум крови в ушах, – если бы я тебя не любил… я не убил бы отца, чтобы тебя защитить.
Вот зачем он это сказал?!
У меня прорвало плотину, и я разрыдалась.
Потом были слова утешения, робкие поцелуи с постепенно нарастающим жаром, и нежные ласки, перешедшие в бурную страсть.
Нам обоим нужно было избавиться от страха, который мы пережили.
