2
0
***
Когда открылась дверь палаты, Рейнальдо даже чуточку удивился.
- Что-то слу... Паула?!
Девушка была бледной, но вполне решительной.
- Нам надо поговорить, Иниго.
Рейнальдо открыл рот, потом закрыл его... вот не мог он придумать, о чем можно говорить с девушкой, даже с любимой, в палате, в двенадцать ночи.
О чем?!"
"Паула решительно прошла вперед, сняла шляпку, положила сумочку. Она куталась в длинный теплый плащ - ну так Римат же, море рядом. По ночам тут прохладно.
- Я видела сон.
- Важный? - осторожно уточнил Рейнальдо.
Он эту информацию не принял во внимание. Ну, сон. Мы все их видим. Даже летаем во сне, бывает, но ты поди полети наяву? Свалишься и расшибешься.
Мало ли что и кому приснилось!
- Очень важный, - подтвердила Паула. - мне снилась дама в белом.
- И?
- Она сказала, что тебе сложно закрепиться в этом мире. Что ты был призраком, и тебя до сих пор тащит в мир мертвых.
С этим было сложно спорить. И призраком был, и тащит...
Но что сделать-то можно? Только жить и ждать. Другого рецепта ни один некромант не давал. Ничего, приживется.
- Тебя это не пугает?
- Нет. Я знаю, что нужно делать, чтобы ты здесь остался.
Рейнальдо навострил уши.
- И что?
- Вот это.
Паулина встала с кровати и медленно принялась расстегивать плащ. Под ним была только ночная рубашка, причем кружевная. Из тех, что показывают все нужное. А что скрывают?
Ничего не скрывают, только руками проведи - и опадет к ногам.
Рейнальдо затрясло.
- Паула...
- Она сказала, что якорем для тебя могу стать я. И наши дети.
Если бы Рейнальдо мог здраво соображать, он бы выругался в адрес Ла Муэрте. Интриганка божественная! Но куда тут думать, руки сами тянулись...
- Поэтому я здесь.
Паулина сделала несколько шагов к кровати, наклонилась - и поцеловала Рейнальдо. Неловко, неумело, она и целовалась-то два раза в жизни, причем второпях и с такими же мальчишками. Но этого хватило.
Руки Рейнальдо действовали быстрее, чем успевало отдать команду сознание. Они стаскивали тонкий шелк, они гладили и сжимали, они путешествовали по изгибам девичьего тела, они обрели свою волю и не собирались останавливаться.
Больница? Палата?
Мелочи! Да и дверь Паулина предусмотрительно заперла. Еще и медсестре пару монет сунула, так что на определенного рода шум та не реагировала.
Молодежь. Всякое бывает.
А потом безумие схлынуло. И Рейнальдо обнаружил, что лежит, вытянувшись на кровати, а Паулина лежит на нем. И лицо у нее невероятно довольное.
И он сам...
Казалось бы, ему было плохо. Теперь должно быть еще хуже!
Ему было хорошо. Мышцы расслабились, тело перестали сводить судороги, голова не болела...
- Паула... любимая.
Вместо ответа женщина потерлась щекой о его грудь. Да, любимая. И я тебя люблю. И попробуй только отвертеться!
- Паула, давай поженимся?
- Давай.
- Завтра?
Паулина хихикнула.
