8
0Со стороны Саймон выглядел абсолютно спокойно, как будто его не тревожило, что о тайном изъяне жены сейчас может узнать главная сплетница Лондона. Джессика пыталась подавить панику. Сидя рядом с Саймоном, она чувствовала напряжение, готовое вот-вот выплеснуться наружу.
– Добрый день, Норткот, – ответил ему лорд Милбанк. Он нервно озирался по сторонам, явно опасаясь, как бы люди не увидели, что он болтает с подозреваемым в убийстве человеком. – Я слышал, вас можно поздравить.
– Да, – сказал Саймон и повернулся к Джессике. – Позвольте представить вам мою супругу, графиню Норткот.
– Лорд Милбанк, леди Милбанк, рада знакомству.
– Леди Норткот, примите наши поздравления, – сказал граф. – Вы не представляете, как сильно мы удивились, когда узнали, что Норткот женился.
Джессика напомнила себе, что нужно улыбаться, и сказала:
– Да, наш брак оказался сюрпризом для всего Лондона. И взгляды, обращенные в нашу сторону, отличное этому подтверждение.
Графиня Милбанк насмешливо глянула на Саймона и улыбнулась ему. Улыбка эта была ядовитой, как поцелуй смерти. Джессика почувствовала, что все трое играют в какую-то игру, правила которой она не знала.
Леди Милбанк меж тем говорила ее мужу:
– Мы все понимаем ваше… хм, вашу спешку скорее сочетаться законным браком. Удивительно, но никто не знал, что вы вообще знакомы с будущей супругой.
– Ваши слова для меня комплимент, – ответил ей Саймон, пожимая руку Джессики, лежавшую у него на руке. – Вы не представляете, как я рад слышать, что мне удалось скрыть наши отношения от лондонского света. Иначе сплетники уже делали бы ставки, чем закончится мое ухаживание.
Леди Милбанк открыла резной кружевной веер и задумчиво махнула им пару раз. А потом с хлопком свернула его и сказала:
– Когда вы вернулись, многие думали, что вам захочется поискать жену в более привычных для вас кругах. – Она принужденно улыбнулась. – Вы нас очень удивили. Особенно вашу дорогую мачеху. Вы же знаете, как искренне она желает вам счастья.
Взгляд графини Милбанк стал холодным, даже злобным, и Джессика почувствовала, как все тело Саймона напряглось.
– Я сомневаюсь, что моя мачеха, как вы ее называете, желает счастья кому-либо, кроме себя. Вы забываете, что я знаю ее лучше, чем кто-либо другой.
Слова Саймона явно шокировали леди Милбанк, да и Джессику тоже. Граф Милбанк смущенно заерзал на сиденье и, желая заполнить неловкую паузу, спросил:
– Раз вы с вашей супругой бываете в парке, значит ли это, что вы готовы вернуться в светскую жизнь?
– Так и есть, – ответил Саймон. – Мы уже приняли приглашение на следующую неделю.
