11
0О мою преграду он сломал бы кулак, не более того.
Даф виновато кивнула:
– Я ошиблась маголодией. Стоило применить другую, пробуждающую совесть. Но тогда он принялся бы ныть, а это долго. Не бойся, он очнется.
Меф огляделся. Узкий коридорчик завершался дверью, из-за которой доносились возбужденные голоса. Меф примерно представлял, какие оргии способна устраивать Улита, поэтому, толкая дверь, ожидал увидеть что угодно, но то, что он в конечном счете увидел, удивило даже его.
Крутые парни, а было их человек пять, абсолютно одетые и бледно-зеленые, жались к шкафчикам. Перед ними, подбоченившись, стояла Улита. Рядом с ней на полу, держась за разодранную руку, из которой хлестала кровь, сидел еще один «крутой». Он стонал и тихо матерился.
Буслаев окликнул Улиту. Ведьма раздраженно обернулась. Ее глазные зубы, выпачканные в крови, были выдвинуты. Волосы растрепались. Глаза, с сузившимися и почти пропавшими зрачками, полыхали желтым огнем. Даже привычного человека это могло напугать, что уж тут говорить о бедных лопухоидах?
Меф невольно попятился. Он был совсем не уверен, что Улита его узнала.
– Чего тебе, Буслаев? – хрипло спросила ведьма.
– Ничего… Мы волновались…
– Волнуйся лучше о них! Мне надо кое с кем разобраться."
"– По-моему, ты уже разобралась, – осторожно сказал Меф.
Яростный взгляд ведьмы, обращенный к нему, медленно погасал.
– С дамой надо обращаться вежливо. Особенно если она просто хочет поговорить. Вам все понятно? – рявкнула она, обращаясь к крутым.
Те прижались к стене. Улита брезгливо отвернулась.
– Ладно, пошли. Все равно тут нечего делать. Пока, кролики! – сказала она и вышла вслед за Буслаевым и Даф.
– Неудачное утро? – спросил Меф, чувствуя, что идущая рядом с ним ведьма дрожит от гнева.
– Все начиналось нормально, – нервно сказала Улита. – Мы познакомились ночью у одного ресторанчика. Они пригласили меня и попытались подпоить. Ослы! Ты же знаешь, я могу выпить три ведра. Потом они повезли меня сюда. Я поехала забавы ради. Лишь бы забыть Эссиорха… Я рассчитывала поболтать и слегка развеяться, но тут этот хам, это мерзкое быдло назвал меня знаешь как?
– Как? – спросила Даф.
Улита пристально уставилась на нее:
– Ты бы как меня назвала?
– На их месте или на своем? – уточнила Даф.
– На их.
Даф задумалась. Тут главное было не предположить лишнее.
– Оценивая интеллект этой публики, они могли называть тебя «классной» или «клевой». Ты обиделась на «клевую»? – наивно спросила она.
– Ничего подобного, у меня современные взгляды. Мне говорили и не такое. Но этот парень вывел меня из себя. Он назвал меня «жирной коровой» и спросил, сколько я заплачу ему, если он меня поцелует! – произнесла Улита дрожащим голосом.
– Вот сволочь! Это он был с прокушенной рукой? – спросил Меф.
