Та, что подарила сына

Спит маленький… Подложил ладонь под пухлую щечку и сладко сопит… У Юли на глаза навернулись слезы, и она, уже не стесняясь эмоций, дала волю чувствам. Оглушающим, ещё до конца не осознанным. Рвущим душу.

Как же так… как…

Мама подошла со спины и обняла её.

– Юль, ты меня пугаешь? Что случилось, ты скажешь или нет? Тебя уволили, да? И надо так переживать, Юлька? Ты чего? Сумасшедшая? Мы же вместе, справимся и…

Юля энергично замотала головой, накрывая руки матери своими.

– Меня не уволили, нет…

– На тебе лица нет. Ты вся дрожишь. Ну-ка, пошли отсюда. На кухне поговорим.

– Мам… Где папа?

– На кухне, новости смотрит.

Юля кивнула.

– Мам, иди, я сейчас. Переоденусь, не могу в этом…

– Хорошо, давай.

– Чай заваришь? Пожалуйста.

– Конечно, о чем ты.

Юля ещё раз погладила руки матери и отпустила их. Оставшись одна, снова подошла к кровати Сережи и поправила одеялко. Она всматривалась в лицо сына.

Похож…

Ведь на самом деле похож! Голубые глаза, длинные ресницы. Высокие скулы.

С ума сойти…

Юля сжала с силой кулаки. Что там сказал этот напыщенный сукин сын? Продать Сережу? Да ну нахер! Она горло перегрызет любому, кто попытается у неё отобрать сына. Сережа её и ничей больше!

Переодевалась уже в более спокойном состоянии. Так же аккуратно повесила белую блузу на вешалку, аккуратно разложила юбку. Макияж смыла ватными тампонами. Хотелось залезть под душ и долго стоять под теплыми струями, при этом ни о чем не думая. Позволить себе слабость, забыться.

Но сейчас не время для расслабления.

Родители ждут на кухне. Они и так не легли бы спать, пока она не отзвонилась из отеля, если бы осталась на смену. А по возвращению, да ещё в таком нервном состоянии – тем более.

Юля надела свободные брюки и старую выцветшую футболку с Микки Маусом. Ноги оставила босыми. Пол в доме деревянный, и ей нравилось по нему ходить именно босиком.

– Ничего не понимаю, Ларис. Машина до сих пор стоит. Это не к Фадеевым.

Отец как раз делился с матерью своими впечатлениями. Юля нахмурилась. Она увидела отца, стоящим у окна. И сразу стало понятно, про какую именно он машину говорит.

Они жили в тихом спальном районе с узкими дорогами и палисадниками, стоящими впритык друг к другу. Соседи хорошие, с которыми были дружны долгие годы. Конечно, в соседском деле случалось разное, но папа с мамой, да и она сама, ни с кем особо не конфликтовали. Земля давно поделена. Что делить? Район у них старый, все друг друга знали, новых соседей не было.

Людское любопытство никто не отменял. И у её отца в том числе. Юля его понимала – он беспокоился и за их с мамой безопасность. После того, как заболел, в нем проснулась гиперопека. Маме нравилась забота отца. Раньше он много работал, уходил рано, приходил поздно, и она сетовала, что ей не хватает его внимания.