Счастье по-драконьи

Ты понимаешь, о чем я, Райлин?

Хост побери!

Я подавила малодушный озноб, холодком прошедший по спине, чопорно выпрямилась и предприняла ответную атаку, надеясь отвлечь Тейджа от ставшей слишком уж скользкой темы.

– А вы понимаете, что мне просто необходимо привести себя в порядок? – попыталась достучаться до совести Бастиана.

Интересно, у драконов она вообще имеется? Ох, гложут меня смутные подозрения, что у этих созданий совесть в принципе отсутствует. Как явление."

"– Знаете, с какой высоты я падала… валилась… катилась? Сколько земли и грязи на себя собрала? Я же в конце концов вам здесь все испачкаю. Вот…

Я стукнула себя по рукаву, подняв небольшое пылевое облачко, приглушенно ойкнула, потому что очень неудачно попала по синяку, чихнула и торжествующе выпалила:

– Видите?

– Вижу, – сдержанно согласился магистр и потянулся к моему лицу.

Я дернулась, отстраняясь, но увернуться не удалось. Теплые пальцы, вызывая легкое покалывание, коснулись лба, щеки, задели уголок губ и плавно скользнули к подбородку.

– Что… Что вы делаете? – от подобной наглости я все слова растеряла.

– А ты как думаешь? – ответили мне вопросом на вопрос, в лучших традициях утхадских гномов.

Хм… А он точно чистокровный дракон? Не полукровка?

– Прекратите немедленно, – гневно прошипела я и добавила про себя: «Чем бы ни занимались».

Мужская ладонь тут же послушно отодвинулась от моего лица, вызвав странное и совершенно непоследовательное чувство сожаления.

– Предпочитаешь оставаться грязнулей? – невинно поинтересовались у меня.

– Что?

Ну вот, опять мое любимое слово. Почему в присутствии Тейджа я вечно теряюсь? У меня ведь даже с отцовскими гвардейцами получалось договариваться. Да что там с гвардейцами, самого дядю Клемора – великого и ужасного – удавалось заболтать. Иногда. А один только вид магистра приводит в мгновенный мыслительный ступор. Блею несчастной овцой, самой противно.

– Я лишь помогал тебе «привести себя в порядок», как ты того и хотела. Нет, если серые разводы и бурые пятна на лице дороги тебе как память, так и скажи, меня это нисколько не смутит. Мебель, конечно, жалко, тут ты права. И ковер. Но ничего, ради тебя, ящерка, я готов потерпеть.

Обивку ему жалко… Готов терпеть… Нахал.

– Или все-таки позволишь продолжить? – Тейдж лукаво улыбнулся и, наклонившись ко мне, хрипловато и как-то очень интимно шепнул: – М-м-м, недотрога моя?

– Продолжайте, – буркнула я, чувствуя, что меня в очередной раз переиграли. По всем позициям.

Ну ничего, посмотрим, кто из нас будет смеяться последним… самоуверенный мой.

Ой, то есть не мой. Ни в коем случае не мой. Приходят же такие глупости в голову.

Тейдж снова потянулся ко мне, но не стал дотрагиваться, остановился, не донеся руки до щеки.