Свой — чужой

Нет, конечно, все помогут чем могут, однако москвичи будут ласково отвечать из столицы: «Тебе на месте виднее — ты и принимай решение».

Ильюхин часто досадовал на свою манеру «бежать впереди паровоза», но такова уж была его природа — он любил свою работу и старался делать ее честно.

— Да, под залегендированным предлогом, — в очередной раз согласился Виталий Петрович. — При этом сотрудник должен быть молодым, а значит, современным. Я со своими сединами, например, могу быть внедренным только в службу безопасности банка. Вы меня понимаете?

— Угу, — откликнулся полковник из ГУБОПа, хотя вопрос вообще-то адресовался не ему.

Начальник СКМ не выдержал и тихонечко хрюкнул, потому что сам губоповец выглядел так, будто прямо сейчас готов идти к немцам в тыл, и такой пошел бы, забыв вынуть ромбики из петлиц[40].

Аналитическая разведка никак не прореагировала, и Ильюхин продолжил развивать свою мысль:

— В таком тесном кругу я могу сказать и кое-что крамольное: оперативник и жулик — это две стороны одной монеты. Не два сапога — пара, а колечко, но друг друга они чуют.

Они больше свои друг другу, чем все прочие на этой земле.

— Терпила — хуже мента! — поддержал питерского коллегу блатной поговоркой губоповец.

— Где-то так, — кивнул Виталий Петрович. — Я приведу непопулярный, может быть, пример: не так давно в Таджикистане шла гражданская война. Некие «юрчики» убивали «вовчиков» и наоборот. «Вовчики» выдвинули тему демоисламизма, а «юрчики» лозунг «Нет исламу, наша Родина — СССР». Кстати, люди об этом знают мало, у нас об этом писал журналист Обнорский, да и то только потому, что, как бывший офицер и востоковед, шарит… простите, разбирается в предмете.

Я отвлекся. Так вот: «юрчики» — это была спайка уголовников и сотрудников МВД. Их лидер отсидел 23 года. Внешне для нас это выглядит, наверное, очень странно. Но если знать жизнь и Восток — то очень даже естественно.

— И кто победил? — заинтересовался ГУБОП.

— «Юрчики». Они Эмомали Рахмонова и поставили.

— Да-а, — сказал с непонятной интонацией полковник из аналитической разведки. Воцарилась некая философская пауза.

— И что ты предлагаешь? — начальник СКМ вновь по-свойски перешел на «ты».

Ильюхин пожал плечами:

— Я предлагаю осуществить выбор из своих… то есть из оперов уголовного розыска. Еще раз озвучу критерии: молодой, энергичный, современный, любящий дело, лучше — уже побывавший в переплетах. Кстати, из-за переплетов его и можно залегендированно уволить.

— Стремящийся[41], короче, — снова обнаружил себя ГУБОП."

"— Не против, главное — к чему, — подкорректировал блатную лексику бывшего муровца Виталий Петрович.