4
0Уже начинало вечереть. Кажется, Борода собирался ехать до ночи, чтобы добраться до одного ему ведомого «правильного» места. Подгонял коней и возниц, приказывая следовать по пыльной, едва заметной колее, на которую давно уже покушалась трава и протягивали руки-ветки заросли Дикого Бора.
И тут…
Звук знакомый с детства. Словно порвалась натянутая струна на ребеке заезжего музыканта. Я… я знала, что это такое.
Пение тетивы.
– Назад! – приказала выглянувшей следом подруге, заталкивая ее обратно, внутрь повозки. – Не вставай! – завозившемуся под одеялом Реми. – Сидите и не высовывайтесь! Раз…
Не договорила.
– Нападение! – заорали снаружи. – …! Засада!
Ржали лошади. Кричали люди. Звенели мечи. Среди этого я слышала судорожное, испуганное дыхание Трисс, сопение Реми и… Вновь и вновь песню тетивы. Звуки падения тел. А ведь ни разу… Кажется, ни разу не промахнулись! Одна, вторая, третья стрела…
Думаю, били сверху, с деревьев.
– Лайне, ты куда? – испуганно прошептала Трисс, увидев, как я отложила книгу и потянулась к луку. Повесила колчан со стрелами за спину. Не меньше тридцати, гусиное оперение, железные наконечники, способные пробить любую кольчугу.
– Пригляди за Реми. Что бы ни случилось, что бы ты ни услышала – не высовывайтесь. Обещай!
– Д-да! – подруга кивнула, и рыжие, растрепанные прядки упали на ее побледневшее лицо.
Судорожные, мечущиеся мысли пропали, как только я спрыгнула на сухую траву. Навалилось ледяное, замораживающее внутренности спокойствие. Со мной подобное происходило всегда – на стрельбище или же с отцом на охоте. Но если на первом я била по мишеням, а в лесу добывала пищу, чтобы утолить голод, то здесь…
Бой.
Воины Бороды – в коротких кольчугах поверх рубах, у нескольких еще и куртки-бригантины, с наклепанными металлическими пластинами – отбивались от потрепанного, разношерстного воинства с дикими воплями наседавшего на ощетинившийся мечами караван. Некоторые были в кольчугах, некоторые – обнаженные до пояса, с разномастным оружием.
Охрана выглядела уверенно, но нападавшие во много раз превосходили их числом, хотя магистры недействующей магии и самый настоящий боевой маг, так же как и остальные размахивали мечами.
Так же как и я.
Пение чужой тетивы. Холодящий внутренности свист, и вот уже хвостатая смерть пронзила грудь одного из охранников. Даже кольчуга не спасла. Борода рявкнул какое-то проклятие. У душегубов Хасана оказалось преимущество не только в количестве.
