Святоша

Ему доводилось встречаться и с тетей Чарити, и с Милодарой, которые не испытывали особого пиетета в присутствии гостя из другого мира.

– Я покажу тебе дом, который станет и твоим, когда…

– Нет, милорд! Никуда я с вами не поеду, – возразила ему. – Вернее, если и поеду в Гридар, то исключительно в составе команды.

Промолчал.

– Какая же ты все-таки упрямая! – произнес с улыбкой. – Ну что же, выбор за тобой. Надеюсь, ты сделаешь верный. – По его голосу я поняла, что он имел в виду вовсе не Битву Академий. – Значит, Отбор, – окинул меня задумчивым взглядом. – Для начала выявим твои слабые и сильные стороны.

Выловил из стоящей неподалеку бочки меч, и…

– Защищайся!"

"Вскоре я поняла, что слабых сторон у меня навалом. С какой ни посмотри – все слабые. Я старалась не только защищаться, но и нападать, представляя, что вместо милорда преподавателя меня окружили умертвия, а я их и эдак, и вот так. Мечом сверху… Нет, не вышло. Тогда обманное движение, замах, резкий удар. Вспоминала, чему учил Этар на тренировках, и то, что делали Осгорн с отцом. Несмотря на мои старания, выходило, что умертвия в лице Этара Хасса в основном меня… и так, и эдак.

Нырнула в память Аришше, пытаясь заручиться ее помощью, ведь первая, погибшая ипостась драконицы неплохо управлялась с мечом, но… Это было совсем другое тело. Выше, крепче. Не мое. Когда попыталась наложить ее память на свою, запуталась окончательно – в руках, ногах, да еще и получила нагоняй от преподавателя за невнимательность.

«Не сейчас!» – сказала драконице, рвавшейся помочь. Конечно, если отрастить броню, драконью пасть и шипастый хвост, чтобы голова не перевешивала, то умертвиям в лице бывшего генерал-губернатора не поздоровится, но… «Не время!»

Затем Этар Хаас принялся показывать простейшие связки – новые и те, что уже учили на его занятиях.

Я старательно повторяла, а он – помогал. Становился рядом со мной, брал за руку, отводил, корректировал, повторяя со мной движения. Теплое дыхание щекотало кожу, согревая, заставляя кровь бежать быстрее, а сердце, и так работающее на износ, биться совсем уж заполошно. Его близость действовала на меня странно, от нее кидало то в жар, то в холод.

А еще… Почему-то плохо получалось думать, когда он стоял так близко, а в развязанном вороте черной туники виднелись темные волоски на груди, при виде которых я впадала в ступор.

– Лайне, – недовольный голос, – соберись! Кто собирается участвовать в Отборе – ты или я?

– Угу! – мрачно сказала ему. Попробуй тут собраться!

Не говорить же, что его близость сбивает меня с толку, а мысли давно уже разбежались, осталась лишь усталость и глухой гул в голове.

– Отдохни, – разрешил учитель.

– Что… Что вы скажете? – спросила у него, когда отдышалась.