4
0– И если вы думаете, что милорд Хаас прислал мне гремучую змею в миниатюре или же заговоренную иголку с проклятием десятой ступени, которой я уколюсь и засну вечным сном, – как в детской сказке о прекрасной принцессе, – то вы ошибаетесь! Я прекрасно чувствую вибрации. В коробке нет ничего опасного!
Убежала в свою комнату, спиной, позвоночником ощущая внимательный взгляд брата. Хорошо, хоть Антор промолчал, а то я бы сорвалась! Нервы казались натянутыми, словно струны ребека. В своей комнате упала животом на кровать, подняла крышку. Я уже догадалась, что под ней. Почувствовала вибрацию драгоценного металла, но не сказала об этом магистру Шаррезу.
– Красиво, – сказала Трисс, опустившись рядом. – Что собираешься с ними делать?
Подруга коснулась браслетов, пробежала пальцами по золотым завитушкам.
– Красиво, – согласилась я с ней. Вздохнув, закрыла крышку. – Очень дорого. Я их верну. На прием тоже не пойду, – показала письмо. – Ни в качестве невесты, ни… Ни в каком качестве! Он мне не жених, и… Он мне никто.
Врала себе, Трисс. Мне хотелось и на прием, и на бал, и на прогулку. Куда угодно, лишь бы с ним. Вместо этого отправила коробочку с посыльным, написав вежливый отказ. Почему-то была уверена, что Этар пришлет ответ, но его так и не получила. Да и на урок милорд преподаватель не спешил явиться, заставляя первый курс мокнуть под дождем, пока кто-то не догадался раскинуть над головами простенький магический щит.
Тут магистр Шаррез закончил с разбором домашних работ, вернее, с явным удовольствием изничтожил две трети рефератов и начал лекцию.
Толчок в сердца. Резкая боль, такая сильная, что занемела левая рука. Драконица испуганно заметалась, словно пыталась вырваться наружу. Он неожиданности я едва успела остановить превращение, убрав темно-серую чешую с рук и подозрительно удлинившуюся шею. Покосилась на Сайари, уткнувшуюся в пергамент. Нет, не заметила…
«Аришша, что с тобой?!»
«Не со мной, с ним! С ним!»
Прорвались, появились картинки с чужими, еще не ставшими моими воспоминаниями.
«Где?»
«Рядом!»
Тревога нарастала, и, словно по наитию, я посмотрела в окно. От увиденного перехватило дыхание.
