Святоша

Его судьба связана с твоей, так распорядились его боги. Твоя же еще не написана.

– Ди-рез, ты опять копалась в моей голове? – застонала я.

Иногда она предсказывала будущее, хотя Светлые потоки, которые использовали прорицатели, были ей не только неподвластны, но и крайне неприятны."

"– Зачем? – удивилась полукровка. – И так все ясно. Лежи спокойно, позову остальных.

– Погоди! Как… Как они… – перевела дыхание, – как они отнеслись к тебе?

– Привыкли, – коротко ответила она. Затем вышла.

Я же окинула взглядом свою комнату. Все как всегда, словно и не было ни праздника, ни грозы, а потом беспамятства.

Светлые гардины из той же ткани, что и балдахин над кроватью. Медвежья шкура на полу – отец добыл на охоте. Комод у выкрашенной побелкой стены. Дрова, аккуратно сложенные у камина – зимой случались такие морозы, что долгие месяцы ребятишки могли кататься на костяных коньках по льду Волчовки. Надо будет Реми справить, да и сама не откажусь покататься… У дальней стены – полки, заставленные книгами и свитками, которые брала в кровать перед тем, как уснуть. Мой любимый дом! Пусть немного старый, требующий ухода и надежной мужской руки, но такой уютный…

Шаги, скрип ступенек.

Дверь распахнулась, впуская магистра Шарреза. Маг, в привычной черной одежде, с заросшим щетиной усталым лицом, не говоря ни слова, подошел к моей кровати. Нагнулся, вглядываясь мне в глаза.

– Выглядишь получше, – удовлетворенно произнес он. – Намного лучше, чем в последние два дня, когда металась между жизнью и смертью, словно не могла решить, куда тебе больше тянет.

– Спасибо, магистр Шаррез! Как видите, я уже пришла в себя и собираюсь встать.

Попыталась подняться на локтях, но опять не хватило сил.

Тут магистр Шаррез подхватил, приподнял и прислонил меня к высокой стенке кровати. Пока приходила в себя от изумления – надо же! – подложил под спину одну из множества полушек с вышитыми наволочками.

– Пить хочешь? – спросил он. Не дождавшись ответа, подошел к комоду, налил воду из большого кувшина в глиняную кружку, украшенную затейливым орнаментом. Горшечник подарил за то, что выходила его сына. – Колодезная вода, а не одна из этих настоек, что пичкала тебя эта… Ди-рез! Надо же, – пробормотал маг, – демон у меня под носом, а я разговариваю с ней, как с законопослушной жительницей Кемира!

– Кажется, я все же очнулась в другом мире, – в ответ я попыталась улыбнуться.

 – В мире, где Темные поправляют подушки и приносят питье. А еще говорят о демонах, а не пытаются их испепелить. Мне это снится, магистр Шаррез? Ущипнуть себя за руку?

– По-видимому, нет, – усмехнулся он, подступая с кружкой. – Можешь считать, что ты спасла всем жизнь, а я отрабатываю свой долг, – шутливо произнес маг.