Свет мой тишина

Отсюда открывался отличный вид на бульвары.

Мы сделали заказ, и я отправилась в уборную, чтобы помыть руки. Когда я вернулась в зал, Марича там не обнаружила. Я предположила, что он тоже отправился в туалет, и села за стол. Вскоре появился официант, поставил передо мной напитки и удалился. Наконец, когда я от скуки достала телефон и принялась читать новости, появился Марич.

– Я тебя потеряла.

– Не бойся, я рядом, – улыбнулся он. – Разговаривал по поводу детей Умаева.

– Не томи, – я повернулась к Маричу всем телом.

– Не так быстро, Полина. Информация будет почти наверняка, но чуть позже.

– Отлично.

– Вот уж не знаю, насколько это отлично и как быстро слух о вновь вспыхнувшем с нашей стороны интересе разлетится по городу.

– У нас есть фора.

– Мы не в городе, – усмехнулся Марич.

Вдруг я почувствовала прилив стыда от того, что играю в опасную игру и вовлекаю в нее других. Ведь утонувшая девушка мне не подруга и не знакомая, более того, я даже не знаю, как она выглядела, как ее звали, чем она зарабатывала на жизнь. Что, если значок донора – ловкий ход, чтобы вызывать у людей доверие или уважение, а на самом деле она промышляла мошенничеством или воровством? Но ведь даже если она закоренелая преступница, это не значит, что ее жизнь ценится меньше жизни доброго и праведного человека.

Погруженная в свои мысли, я не сразу заметила, что нам принесли заказ. Только когда Марич придвинул тарелку с супом поближе ко мне, я, кажется, вернулась из своих мыслей в реальный мир.

– Считаешь меня глупой?

– Упертой.

– Хочется верить, что мои предчувствия меня не обманывают и все это не зря.

– Что говорит тебе твоя интуиция?

– Мы не зря сегодня здесь.

– Что ж, скоро узнаем, – ответил Марич.

В этот самый момент телефон его зазвонил, он ответил и показал официанту знаками, что ему нужна ручка и бумага. Через пару секунд парень принес к нашему столику карандаш и лист из блокнота. Владан принялся что-то записывать, внимательно слушая собеседника.

– Итак, – обратился он ко мне, когда разговор закончился. – У Умаева четверо детей: Ахмат, Эмин, Амина и Айза.

– Амина Руслановна… – произнесла я.

– Юсупова, – напомнил Марич.

– Это может быть фамилией ее мужа.

– Допустим, – согласился Владан.

– Девушка, о которой я сегодня хотела поговорить с Лейлой, ее зовут Айза.

– Ничего себе, – хмыкнул Марич. – Интересное совпадение.

– По-прежнему считаешь это случайностью? Права на имя Амины Руслановны, студенческий Аи Салих, которая знакома с некой Айзой, донором крови. И все эти документы найдены в вещах девушки со значком почетного донора на груди, которую достали из озера.

– Это действительно может быть Айза, – кивнул Марич.

Я выдохнула – кажется, мы на правильном пути, однако радоваться было еще не время.