Суженая

Арвела — моя старшая подруга и наставница, любила повторять, что у семи нянек дитё без глаза — мол, когда много людей следят, все друг на друга надеяться — вот и не уберегают.

Так, видно, и со мной вышло: Айлин понадеялась на охрану, охрана понадеялась на служанок — а я тихонечко вышла за ворота и наслаждаясь теплым деньком пошла по тропинке в сторону деревни.

Хорошо я поступила? Нет, конечно же. Хлопот хорошим людям доставила, себя риску подвергла… да и хорошего ничего всё — равно не услышала.

Я оказалась права: Гленна в гостях у матери заливалась на всю улицу, вопя о несправедливости к её доченьке.

Не уверенная, как именно работает брошь — я поспешила скорее спрятаться за высокий забор соседского дома — так, чтобы мне всё было видно и слышно, но меня заметно не было.

— И эта — то ведь, эта! — кричала женщина. — Эта пришлая девка с равнины — командует в родовом замке МакГрегоров.

— Леди Милена — избранная нашего вождя. — Строго поправила её Мора.

— Она не больше его избранная, чем я, — надменно фыркнула Гленна. — Просто девка, которую он пользует, пока не надоест.

— Гленна! — воскликнула мать женщины, оглядываясь по сторонам.

Услышит ещё кто.

— Но ведь я права, — настаивала Гленна. — Она пахнет им, но в ней до сих пор нет его тьмы. А если нет тьмы — то нет и брака. Что — то я не верю в сказочки, будто он её ещё…

— Молчи, говорю, — зашикала на дочь старая Мора. — Вождь МакГрегор силён и хорошо контролирует своего волка.

— А может, она просто не его избранная, а? — фыркнула Гленна. — Может, он сейчас наиграется с этой девкой — а потом вернёт её назад, сказав, что не подошла. Мы ведь в горах не признаем их брачные церемонии без обряда.

— Молчи, дочь, до беды договоришься! — уже злобно рыкнула на Гленну её мать.

Беды — не до беды… А до правды — точно.

Я не сразу поверила в то, что услышала. Как это не признают брачные церемонии?

Как это вернуть, если «не подойду»?

Нет тьмы — нет брака.

Ослабевшие вдруг ноги резко подкосились — и я упала на землю, пытаясь понять только что услышанное.

Точнее, принять. В том, что Гленна говорила правду, я нисколько не сомневалась.

Как назло, на ум приходили воспоминания обо всех странных моментах, которые я раньше не понимала: сопровождавшие нас в горы воины Лиама — и их открытое пренебрежение ко мне на следующий день; моё первое появление в замке — и недовольство всего клана.

"А, ну да… — я застонала в голос, припоминая, какой была наивной дурёхой, когда «со знанием дела» отвечала Арвеле.

А потом Лиам прямо при мне приказал Айлин — заставив всех в замке повиноваться его «избраннице».

Мне, которая, как оказалось, даже не была его женой.

Взгляд заволокло слезами.