2
0
Когда его ввели в мой кабинет, Задов смог меня удивить — Принимай, начальник, архивы Кишиневской тюрьмы и городской сигуранцы! Братец сказал, что эти бумажки могут стоить подороже золота! В тачанках по нескольку мешков бумаг, куда заносить?
Ко мне заглянул Аркадий — Смотрю в окно и вижу вавилонское столпотворение, о! Товарищ Задов, вы какими судьбами?
Я разъяснил — Товарищ Зиньковский доставил нам архивы румынской контрразведки и городской тюрьмы. Считаю, что этим поступком Махно уже достоин прощения. Товарища Зиньковского вместе с его отрядом предлагаю немедленно зачислить в штат НГБ.
Аркадий пожал плечами — Не возражаю! Дождавшись пока махновцы начнут таскать в здание мешки с документами, Аркаша протянул мне телеграфную ленту — Нам распоряжение принять венгерского коммуниста Белла Куна и помочь ему на его посту председателя Крымского ревкома, также с ним из Москвы к нам отправили члена ревкома ответственного секретаря Крымского обкома РКП(б) Розалию Самойловну Землячку."
"Я невольно присвистнул — эта парочка в РИ устроила бывшим белым офицерам и солдатам геноцид в Крыму, уничтожив по официальным советским данным, только в крупнейших городах полуострова более 56 000 человек!
Дождавшись ухода Голикова, я отыскал Задова — Данило! Есть секретное задание!
Проинструктировав нового сотрудника НГБ, я мог быть спокоен — эта парочка до Одессы не доберется.
Узнав, что приказ исходит только от меня, Задов сомневался всего лишь минуту — Я все понял! Мы с братом не дураки, понимаем благодаря кому после всего, что мы натворили, мы можем работать в этой конторе!
Из полученного по телеграфу приказа следовало: оба ревкомовца ехали в обычном купейном вагоне всего лишь с двумя вооруженными сопровождающими.
Несложная задача для профессионалов.
Вот уже третий день мы разбирали бумаги, доставленные махновцами. Артур Христианович, сортирующий тюремную картотеку, озадаченно выругался матом, чего мы от него ни разу не слышали — Вы только взгляните на это! Это дело Котовского!
Наум хмыкнул — И что тут удивительного, Григорий Иванович за свои ограбления не раз попадал в руки полиции.
Артузов протянул нам папку — в феврале одна тысяча девятьсот шестого года полицейские агенты вычислили штаб — малину Котовского и окружили его. В тот же день были арестованы и другие члены его банды. Оказавшись в Кишиневской следственной тюрьме, Григорий Иванович получил от своих сокамерников кличку «Кот». В тюрьме у него возник конфликт с уголовным авторитетом по кличке «Загари», и от расправы блатных будущего революционера спасло только заступничество тюремной администрации.
