Судоплатов. 1920 год

— Опять ищешь кандидатов в свою школу? — Крупская неприязненно посмотрела мне в глаза и я мило ей улыбнулся — Что вы! Хотелось бы понять тенденцию борьбы с беспризорной преступностью. Угощайтесь, мне удалось достать липового меда — я достал из рюкзака двухлитровую банку душистого меда.

Крупская подозрительно взглянула на банку, потом на меня и видно решила сменить гнев на милость — Спасибо, Павлик! Мед как раз кстати — Владимир Ильич немного простудился и я его порадую медком.

— Я могу и малинового варенья достать. Оно лучшее средство от простуды.

Я завтра передам с товарищем Дзержинским.

Крупская оттаяла и поставила пере домной чашку, налив в нее чая — Угощайся! Справка будет готова через пятнадцать минут. — выглянув в приемную, и отдав распоряжение секретарше, Крупская вернулась и села напротив. — Представляешь, товарищ Луначарский решил провести проверку достижений Макаренко и моей методике, пригрозив при сравнении отдать предпочтение самой действенной!

Я покивал и задал вопрос — Надежда Константиновна, вы случайно не в курсе, кто в последнее время лоббирует революцию в Чехословакии?

— Конечно в курсе, а тебя то это каким боком задело? — подозрительно спросила жена вождя и по ее напрягшемуся взгляду я понял — от нее я правду не узнаю однозначно.

Глава 17"

"Разбирая архив, я наткнулся на дело Фанни Каплан. После покушения на жизнь «вождя мирового пролетариата» Фанни Каплан оказалась схвачена на Серпуховской площади помощником военного комиссара пехотной дивизии Стефаном Батулиным. При задержании она заявила: «Это сделала не я». Но затем, согласно официальной версии, Каплан изменила показания.

Пару дней она провела на Лубянке, где её интенсивно допрашивали. Допрос вёл лично председатель ВЦИК Яков Свердлов, обрушивший на Фанни шквал вопросов. Скорее он пытался не добиться информации от арестованной, а измотать и запугать её. Поначалу Каплан отказывалась подписывать протокол допроса. Но позже следствие всё же добилось от неё признания вины в покушении на Ленина.

Когда допросы кончились, комендант Кремля Павел Мальков забрал эсерку из ВЧК и посадил её в полуподвальную комнату Большого дворца, под Детской половиной.

Часовыми при Фанни Каплан были поставлены латышские стрелки. Неподалёку располагался кабинет Якова Свердлова.

Советское революционное правосудие на этот раз обошлось без судебных заседаний. 3 сентября Коллегия ВЧК приняла решение о расстреле Каплан. Сразу после этого один из членов Коллегии, секретарь ВЦИК Варлаам Аванесов, поручил коменданту Малькову немедленно исполнить приговор. Между тем Мальков по должности не имел права выступать в роли палача.