Стратег

Полковник сил специального назначения Евгения Сталина стояла недалеко и профессиональным взглядом оглядывала окрестности, везде подмечая или людей Власика, или новиковских специалистов. Несмотря на жесткий характер, она смогла быстро наладить отношения с детьми Сталина от прежних браков, став им настоящей мамой, причем с полковником Василием Сталиным, героем-летчиком, сбившим тридцать самолетов противника, отношения были наиболее доверительными. Единственное, чего боялась Евгения, это последующей после победы борьбы за власть. Но тут у нее как у старшего офицера спецназа были довольно крепкие позиции.

Корпус, разросшийся за время войны до ста тысяч человек боевого состава, был тем мостиком между армией и спецслужбами, который не допустит никакого вооруженного противостояния и не позволит политическим спекулянтам использовать вооруженные силы для всякого рода переворотов.

* * *Первое после Победы заседание Политбюро состоялось уже двадцатого мая, как только Сталин и Хирохито вернулись из Абхазии.

По сути вопрос был только один. Что делать с гигантскими суммами репараций и контрибуций, взятых с европейских государств.

Всего было начислено тридцать семь миллиардов золотых рублей, и по общему соглашению, лишь небольшая часть этой суммы была взята оборудованием и станками. Основная масса долга была пересчитана в золото и изымалась также в виде драгоценных металлов. Где и как будут добывать столько металла руководители побежденных стран, Сталина и Хирохито не интересовало, но проценты за просрочку были такими, что золото опять подскочило в цене в два раза, а владельцы золотых приисков в одночасье становились миллиардерами.

Экономический блок Политбюро предлагал пустить все деньги на промышленное переоборудование и социальные выплаты, а военные требовали начать масштабную программу перевооружения армии и вообще резко увеличить оборонные расходы.

Новиков, как самый молодой член Политбюро, взял слово последним, когда основные оппоненты уже выдохлись.

– Армия. – Новиков поднял глаза от своих записей. – Тут даже говорить не о чем. Если не будем влезать в региональные конфликты, а это вообще тупиковый путь, нам нужна армия, достаточная для отражения внешней агрессии и общего кондиционирования социального пространства.

Ну, чтобы наиболее агрессивные граждане находили себя на военной службе, а не где-нибудь в криминале. Примерная численность такой армии – два миллиона человек, включая флот. Войска НКВД – там особая история, но тоже не более полумиллиона, включая внутренние войска и пограничников.

– А ну как соберутся снова, товарищ Новиков? – Молотов удивленно приподнял брови.

– Так для того мы их и ободрали до трусов, чтобы они еще лет тридцать об этом не думали.