Телефонный звонок заставил ее вздрогнуть. Бросив взгляд на часы — пол-одиннадцатого — Лера нажала кнопку, гадая, кто может ей звонить в столь поздний час. Номер, высветившийся на экране, был ей не знаком.
— Алло.
— Лера? Это вы?
— Да, а вы кто, простите?
— Я соседка вашей бабушки, из двенадцатой квартиры. — У Леры упало сердце. — Вы простите, что я вас беспокою, но вашей бабушке стало плохо. Мы, конечно, вызвали «Скорую», но, может быть, вы приедете?
— Да-да, конечно, — Лера пулей выскочила из кровати и, путаясь в пижамных штанах, начала быстро переодеваться. — А почему бабуля сама мне не позвонила? Почему вас позвала?
— Она не звала.
— Спасибо, — искренне сказала Лера и вдруг забеспокоилась. — А как вы в квартиру попали?
— Так у нас же ключ есть, — удивилась соседка. — Ксения Дмитриевна — человек немолодой, живет одна, как раз на такой случай и дала нам ключ. Вот и пригодилось.
Положив трубку, Лера заметалась по квартире, быстро собираясь. То, что бабуля дала ключ совершенно посторонним людям, не сказав об этом ей, Леру, конечно, удивило, но, как показала жизнь, мера оказалась вполне оправданной. Бабуле стало плохо настолько, что она сама не смогла набрать внучкин номер, и Лера корила себя за то, что не предусмотрела подобного поворота событий."
"— Давно нужно было к нам переехать. Так ведь не уговоришь же, — бормотала она, наспех корябая сыновьям записку. Предупредить их сейчас она не могла, мальчишки уже крепко спали, и ей не хотелось, чтобы, случайно проснувшись, они не нашли дома ни мамы, ни объяснений, куда она пропала.
Денег в кошельке не оказалось. Только вчера она выгребла последнюю мелочь, чтобы купить топленого молока и ряженки в магазинчике при своем заводе. Там продукция была всегда свежая и очень вкусная, а за ее качество Лера могла поручиться не только головой, но и любой другой частью своего тела.
Прикинув, что троллейбусы еще ходят, Лера со всех ног бросилась на остановку, не прекращая внутренней мольбы, чтобы с бабулей все было в порядке.









