9
0— Лучше золота мне, чем эту нахлебницу. Бычара Крю, может, и не возьмет ее обратно.
Люсиль оттолкнула меня, вырвалась из моих рук.
— Помогите! — закричала я в равнодушную многоглазую морду Менморта.
Возница наш дернулся, будто хотел помочь, но так и остался рядом со своей семьей.
— Не делай этого, Люсиль, — молила я. — Не возвращайся к нему!
Но Люсиль не слышала. Она подняла подбородок, расправила плечи и вдруг схватила с козел забытый кучером кнут, которым мистер Олиф погонял лошадей.
Щелкнул кнут в воздухе и со свистом ужалил снег в сантиметре от ног Джофрэ. Бородач подскочил. Ухмылка победителя сбежала с его лица. Глаза распахнулись от страха и удивления. В испуге Джофрэ попятился от дочери. А та наступала на него с кнутом в руке. Не девка — фурия! Решительная, отчаянная, бесстрашная. Настоящая богиня возмездия!
— Ни золота тебе, ни дочери! — закричала Люсиль во всю силу легких и снова ударила кнутом.
Джофрэ подпрыгнул и отбежал от нее на несколько метров. Он явно не верил своим глазам. Таращился на Люсиль. Открывал и закрывал рот.
— Не отец ты мне! И никогда им не был! Убирайся из моей жизни! И приближаться ко мне не смей. Сунешься еще раз — забью до смерти.
И вновь черное жало кнута взвилось в воздух, рассекая его с грозным пронзительным звуком.
Но не ремня в руке дочери испугался Джофрэ, а выражения ее лица — Люсиль кипела от гнева. Она словно вобрала в себя всю ярость вселенной. Куда только подевалась ее привычная робость? Перед нами был другой человек. Доведенный до крайности, уставший терпеть, бояться и подставлять щеки под удары.
— Вон!!!
Джофрэ присел, будто придавленный ее криком, а затем рванул прочь — только пятки сверкали.
Опустив кнут, Люсиль посмотрела на меня и уверенно кивнула.
— Я заслуживаю нормальную жизнь, — сказала она, но не мне, а самой себе. — Я заслуживаю.
* * *"
"Все мы были под большим впечатлением от случившегося и домой возвращались в полном молчании. Половину дороги Люсиль смотрела в окно. Я нет-нет да поглядывала в сторону своей напарницы и видела, как с каждой минутой меняется выражение ее лица. Сначала ее губы были плотно сжаты, а подбородок выдвинут вперед, но вот рот приоткрылся, а в глазах промелькнула тень сомнения.
Люсиль повернулась ко мне:
— Все правильно?
Сейчас на диванчике передо мной сидела та застенчивая, боязливая девушка, которую я вызволила из дома терпимости. На миг ее лицо будто утратило форму, обмякло и начало сползать вниз — потекло, словно восковая свеча под огнем.
— Я все сделала правильно?
Ее руки задрожали и нервно скомкали ткань юбки на коленях.
— Ты все сделала правильно, — я заставила свой голос звучать уверенно.
Люсиль кивнула и снова устремила задумчивый взгляд в окно кареты.
Повозка поскрипывала, тряслась на неровной лесной дороге.
