Не решившись нарушить приказ Хамзата, они остались у дома, наблюдая за жизнью поселка.
А жизнь тут шла своим чередом. Проходили мимо женщины со строгими лицами, орава мальчишек бежала к реке купаться, сновали автомобили. Несколько раз проезжали русские солдаты, и Джелал лишний раз убедился, что за стройкой идет пристальное наблюдение. Чтобы обмануть русских, надо было затратить немало усилий.
К вечеру стали возвращаться строители. Они радостно знакомились с новичками, и скоро Джелал понял, что попал в родную семью. Народ тут был преимущественно беззаботный и лихой.
Ночью Джелала разбудили. Ориентируясь на свет фонаря, он вышел на улицу. Было темно и тихо, только вдали виднелись редкие огни фонарей, освещавших главную улицу. Вместе с Джелалом из дома вышли и те, с кем он приехал в Заречный. Чувствуя, что подняли их неспроста, Джелал с трудом сдерживал дрожь возбуждения и легкого страха.
– Идите за мной, – едва слышно сказал тот, кто их разбудил.
Фонарь был выключен. Ориентируясь в темноте на едва уловимый силуэт этого человека и на звук его шагов, все пятеро молча брели по сонным переулкам и дворам. Невдалеке шумела река. Лаяли собаки.
Шли минут десять. Когда шум реки затих, они остановились у одного из домов. Джелал понял, что они находятся на той оконечности поселка, которая выходила к горам. Человек, приведший их, приказал заходить в дом. Внутри в одной из комнат горел слабый огонек керосиновой лампы, шторы на окнах были закрыты.
– Давайте вниз, – приказал человек, подталкивая Джелала к люку.
По крепкой металлической лестнице Джелал первым спустился вниз. Тут его глазам предстало удивительное зрелище. Подвал, в котором он оказался, был весьма просторен, с довольно высоким потолком. В трех его стенах были широкие арочные проемы, так, чтобы человек с любым грузом в руках мог беспрепятственно входить в них.
"В этом помещении, хорошо освещенном мощными электрическими лампами, уже находилось несколько человек. Кроме уже знакомого Джелалу и его спутникам бородатого Казбека, у одной из стен кучкой стояли четверо парней в поношенной гражданской одежде.









