Сталкер из ГРУ

Уводите их!

Вспышка гнева так утомила его, что он вынужден был сесть на лавку, чтобы хоть немного отдышаться. Арестованных вывели из помещения, прихватив какое-то странное существо, забившееся под нары, и увезли в город. Оставив в этой берлоге трех оперативников, которые должны были дождаться дополнительную группу из города, чтобы, по словам Афанасьева, «вычистить это осиное гнездо», все удалились.

По возвращении в отдел Гришин немедленно приступил к допросу Клопа, который «потек» с ходу и был, несомненно, самым ценным свидетелем. В комнате для допросов, мрачном бетонном помещении с привинченными к полу железным столом и стульями, остались только Гришин, Клоп и Борисов, нейтрально присевший на стул в углу.

На допрос рвался и Афанасьев, но Гришин мягко убедил старика заняться пока другими арестованными, пообещав, что сам выбьет из Клопа всю необходимую информацию. Он справедливо опасался, что Афанасьев будет только мешать ему, пытая Клопа о племяннике и других убитых и похороненных на свалке людях, в то время как Гришина больше всего интересовали зловещие ночные гости – «черные люди».

Гришин сел за стол напротив Клопа, немного помолчал. Клоп смотрел затравленно, быстро-быстро облизывая языком пересыхающие губы. Не дал ему Гришин похмелиться как следует пивком, теперь Клопа мучил жестокий «сушняк». И страх, тошнотворный, током пронзающий все его тщедушное тело страх. Что ему «светит» за убийство журналиста, Клоп догадывался – тюремный опыт имелся. Когда-то он отмотал шесть лет за изнасилование и большую часть срока прожил в зоне «петухом». Можно было не сомневаться, что подобная участь его ожидала и сейчас.

В принципе, сама «участь» его не страшила – страшил срок. Если дадут по максимуму, ему не выжить. Заездят. А вот года три смог бы вынести без больших потерь для организма. Поэтому сейчас Клоп был готов на все, лишь бы выторговать себе как можно более щадящую статью.

– Так ты говоришь, что журналиста убил тот здоровенный рябой парень, которого подстрелили при аресте? – начал Гришин.

– Ну да, он… Морпех его кличут… – с готовностью выпалил Клоп.

– Морпех? Морская пехота, что ли? – усмехнулся Гришин."

"– Ну да, так и есть… Он же из спецназа, где только не воевал.

Потом контузило в Чечне, его и выкинули на улицу. К нам, то есть к Седому, прибился как бы охранником. Ему человека убить – тьфу. Журналиста-то этого бедного как приложил по шее – у того позвонки и треснули…

– Ты журналиста завел в логово? – в упор спросил Гришин.

– А я что… – заюлил Клоп. – Он сам пришел, спрашивать начал. А мое дело маленькое. Седой приказал всех чужих к нему приводить – я и повел. Он же сам шел, я его туда не волок на веревке.