Сталкер из ГРУ

Если, конечно, ваш друг не подстраховался и не записал разговор на диктофон…

Иван Петрович вздрогнул и испуганно глянул на Бирчина.

– Нет, – поразмыслив, покачал он головой, – вряд ли. Это не принято между нами. И я, и он предпочитаем подобные беседы оставлять в памяти, а не в диктофонной записи. Так спокойнее спится.

– Ну и славно. Тогда вам надо лишь поскорее все забыть. А служба безопасности пусть копает себе на здоровье. Кстати, они ведут столь же усердный, как в Думе, поиск и по другим адресам, куда не дошла почта. И, надо полагать, скоро окончательно запутаются.

Ведь им ничего не известно, Иван Петрович. И вам ничего не известно. Не так ли?

Травкин на этот раз не ответил. Хорошо ему, думал он, сидя в своей крепости, никого не бояться и других этому свысока учить. Быстро забыл российские порядки, где не станут миндальничать, как здесь, в колыбели законности, а схватят железной рукой за загривок и швырнут на нары в «Матросскую Тишину». И не бойся там сколько влезет, это уже никого не колышет. Промурыжат в камере полгода, а то и год, – сам в чем хочешь признаешься.

Многих тюремные стены сломали и заставили вымаливать прощение. Не дай бог там оказаться…

– Вы ведь вызвали меня не за тем, чтобы утешить, верно? – посопев, спросил Иван Петрович. – Видимо, была какая-то другая причина.

– Была, Иван Петрович, – подтвердил Лев Осипович. – Была.

Он немного помолчал, исподтишка изучая нахмуренное лицо гостя. «Эх, Иван Петрович, бравый депутат. Квашня ты сырая, а не кремень, как о тебе думают твои избиратели. Чуть стало припекать – и запричитал по-бабьи, полез в кусты. А денежки-то получать нравится? Чай, не за просто так ты с Лосевым договаривался.

Четверть миллиона долларов за пятиминутный плевый разговор – разве этого мало? Да и Лосев получил столько же и не поперхнулся. А попробуйте заработать эти деньги своими куцыми мозгами. Проверните хоть одно стоящее дело. Куда там. Только и умеете, что взятки хапать да подачки на лету ловить».

– Есть одно небольшое дело, Иван Петрович, – интимно заговорил Бирчин, посматривая на ощетинившегося гостя. – Даже не дело, а так, небольшое поручение. Если хотите, моя личная маленькая просьба.

Травкин неприступно молчал, и Лев Осипович мысленно улыбнулся. «Ах ты, старый козел, наставил рога. Небось уже решил пойти на попятный, сыграть в глухую ""отказку"". Не выйдет, милый мой, теперь поздно артачиться. Наживка давно тобой проглочена – очень жадно, надо сказать, проглочена, – и даже переварена. Но крючок-то за кишки держит мертво, и никуда ты с него не сорвешься».

– Вы ведь собирались совершить поездку по Центральному региону, – спокойно продолжил Лев Осипович.