В авторском заглавии повести стоит слово «чуаньци», что значит «повествование об удивительном», «удивительная история» — жанровое обозначение средневековой новеллы о чудесах и удивительных жизненных перипетиях героев. Но в его произведении нет чудес, а удивительным нужно считать не то, что произошло с Ло Цюнем в 1957—1977 годах, а то, что в период реабилитации партийных кадров он по-прежнему остается за бортом. Ему противопоставлен в повести образ другого кадрового работника — карьериста и проходимца У Яо, тоже пострадавшего в период «культурной революции», но сразу же воскресшего после свержения «четверки».
По его мнению, все политические кампании двадцати последних лет, кроме тех, в которых пострадал он лично, были верными. Повесть Лу Яньчжоу, однако, не только история честного коммуниста Ло Цюня, но и история прозрения Сун Вэй, жены У Яо, которая, узнав, как подло вел себя ее муж в деле Ло Цюня, уходит из дома. Следует заметить, что если в нашей литературе разрыв семьи описывается достаточно часто, то в китайской литературе таких случаев, пожалуй, не найти вовсе, об этом не только не полагалось писать, но и сама жизнь почти не давала подобных примеров.
На брак нужно было получить разрешение на работе, а на развод таких разрешений, видимо, и вовсе не давали. Вот почему решение Сун Вэй в этих условиях было более смелым, чем это может показаться нашему читателю. Как подчеркивает критик У Цзыминь, чтобы написать такую повесть, от Лу Яньчжоу «требовалось настоящее мужество и, очевидно, пока не следует требовать, чтобы все одобряли его произведение».
Эти слова написаны в 1980 году, они свидетельствуют о том, что писатель затронул чрезвычайно острую для страны проблему — пути, по которому пойдет Китай завтра: будет ли это путь Ло Цюня, мечтавшего о планомерных преобразованиях своего края, или У Яо, который думает в первую очередь о своей карьере и готов не рассуждая выполнять любые указания своего начальства. Симпатии автора и большинства читателей на стороне Ло Цюня. Повесть послужила основой для одноименного кинофильма, который был поставлен в 1981 году и который многие китайские зрители сочли одним из лучших за время существования КНР.
Рассмотренные выше повести рассказывают о периоде «культурной революции» и годах, предшествующих ей. Эта тема, бесспорно, главенствовала в литературе 1978—1981 годов, но постепенно стала отходить на второй план, и все же в повестях о сегодняшнем дне она так или иначе возникает вновь и вновь. Есть она и в повести писательницы Шэнь Жун «Средний возраст», вызвавшей оживленный отклик в читательской среде.
5
0
