6
0И только моя отвага и широкая грудь встали между тобой и печальной участью.
— Господи! — Он хватает себя за волосы и начинает снова раскачиваться.
Кажется, теперь мой муж стал еще на один шаг ближе к инфаркту. Если что-то срочно не предпринять — так и овдоветь не долго.
Вздохнув, подхожу к Андрею и осторожно присаживаюсь рядом.
Протягиваю ему бутылку минералки.
Он долго не решается взять воду, но потом все-таки пьет жадными глотками.
— Что теперь будет? — Андрей косится на меня, шмыгает носом, пока я тяну с ответом. — Он приставит за мной слежку? Закроет все счета? Полностью перекроет кислород?! Что, господи?!
Я подвигаюсь ближе и, подавив отвращение, обнимаю его сначала за плечи, а потом притягиваю к себе на плечо. Андрей не сопротивляется, даже в ответ обхватывает меня руками и начинает рыдать. Его так трясет, что приходиться то и дело поглаживать тщедушную костлявую спину, чтобы хоть как-нибудь его согреть. Даже не представляю, как у совершенно беспринципного Завольского могло выродиться настолько безвольное существо. Тот редкий случай, когда яблочко от яблони, нарушив все законы физики, улетело на Луну.
Но кое-что полезное Андрей только что сделал.
Подкинул мне пару сочных идей, как воспользоваться ситуаций.
— Я думаю, что сейчас тебе нужно просто не отсвечивать, Андрей.
— Типа, стать прилежным сыночком? — хлюпает он.
— Нет, просто залечь на дно. Твой отец думает, что ты болеешь — вот и сиди пока дома.
— Ты правда так ему сказала?
— Конечно, мы ведь теперь семья. Должны быть друг за друга.
— Но у меня… Авдеев… эта чертова сделка, боже.
Андрей всегда был ленивым, и между тем, чтобы порвать зад и выполнить дело или порвать зад, чтобы откосить от дела, он неизменно выбирал второе.
— Что за сделка? — прикидываюсь шлангом.
— Они с отцом собираются поделить «Кобальт».
«Кобальт» — как раз тот самый достаточно разжиревший кредитный сервис, на который клюнули сразу несколько крупных игроков. И все это весьма наваристое дельце Завольский отдал не мне, а своему сынку-импотенту, который спит и видит, как бы избавиться от обременительной ноши.
Кто, как не законная супруга, должен поддержать его в такой тяжелой ситуации?
— И что ты собираешься делать? Скажешь отцу, что отказываешься от сделки?
— Он меня убьет, — снова шмыгает носом Андрей.
Ограничиваюсь вздохом и аккуратно возвращаю его голову себе на плечо.
«Давай, амёбушка, сделай еще парочку фрикций, будь умницей».
— Отец хотел, чтобы я показал, что смогу… в будущем…
— Он возлагает на тебя большие надежды, ты же знаешь.
— Блять, черт! Я не знаю…
— Уверена, что знаешь.
— Я же не такой умный как ты!
Андрей произносит это и внезапно отодвигается, неловко вытирая лицо рукавом дорогущей шелковой рубашки.
