6
0
— Это, блять, что такое? — Без предупреждения разворачивается и швыряет мне в лицо пачку распечатанных фото.
Я набираю в грудь побольше воздуха и никак не реагирую. Мысленно считаю до десяти. Трижды, пока старый хер смотрит на меня своими покрасневшими поросячьими глазками. Все до последней фото падают вокруг меня неряшливым веером. Что там может быть? Мои фотки? Я веду инстаграм, потому что так принято, и в наше время девушка без красивенькой инсты вызывает больше вопросов, чем та, у которой подозрительно пустой профиль. Но у меня там в основном студийные фото, пополам с моими снимками «лайфстайл» — просто места, где я иногда бываю, просто какие-то штрихи из жизни или мой туалетный столик с лаконичным флакончиком любимых «Bal D'Afrique». Ничего такого, чтобы могло хоть как-то меня компрометировать. Со своими любовниками я нигде не палюсь — это вообще принципиальный вопрос. Значит…?
В моей голове проносится имя Андрея как раз в тот момент, когда я все-таки опускаю взгляд и как раз натыкаюсь на его лицо. Плюнув на все, подбираю всю пачку и под аккомпанемент мрачного сопения Завольского, перелистываю всю подборку.
Ну ты и сука, Андрюша.
— Что молчишь? Язык в жопе зацементировался?!
— У меня шок. — Вру, не моргнув глазом.
Хотя определенная степень офигивания действительно имеет место быть. Когда Андрей успел наследить?! Я же глаз с него не спускала. Мы, мать его, вообще отдыхали на практически необитаемом острове!
— У тебя шок?!
Завольский семенит до подноса с дорогущим пойлом, которое держит на случай «обмытия» удачной сделки, наливает себе целый стакан и выпивает залпом, громко крякая в конце. С таким же видом он мог и минералки навернуть — ноль эмоций от сорокаградусного бухла. Проняло его знатно, до кишок. Хотя, а кого бы не проняло?
— Ты ведь знала, да? — Он тычет в мою сторону жирным пальцем. — Знала и покрывала?!
— Юрий Степанович, я впервые об этом слышу. Ну то есть — вижу.
— Не верю! Ты же все время с ним!
— Да. Именно поэтому я сейчас в некотором… охуевании.
Использование крепкого слова вполне уместно в данном случае.
Я пару раз прокручивала в голове подобную ситуацию. Еще один урок жизни от Данте — на всякий случай представить все самое плохое или непредвиденное, что может случиться, проиграть ситуацию в голове и закрепить несколько вариантов. Чтобы, если придется, не быть огорошенной шоком и уже иметь под рукой более-менее рабочий план эвакуации из задницы.
— И это, блять, мой сын. — Завольский послабляет галстук, все-таки плюхается в кресло, и я удивляюсь, как оно вообще не разваливается прямо под ним. — Мой сын.
— А вы уже разговаривали… с Андреем? — Старый хряк смотрит на меня так, будто я просила, когда он в последний раз подтирал жопу наждачкой.
