7
0
Глава двадцать четвертая: Данте
Глава двадцать четвертая: Данте
Прошлое
— Я это не надену. — Валерия очень старается сохранить невозмутимость, но все равно краснеет, поворачивается ко мне спиной и быстрым шагом идет дальше между стоек с одеждой."
"— Оденешь, — так же уверенно говорю ей вслед и передаю вешалку с крохотной красной тряпочкой продавщице, которая, как настоящий профессионал торгового дела, уже тут как тут и готова отнести покупку на кассу. На случай, если вдруг я передумаю. — И еще вот это.
Добавляю к мини-платью еще одно — длинное, из тонкого шелка на крохотных как спагетти, бретелях. Оно приятного не кричащего цвета ртути, и я легко могу Валерию в чем-то подобном, и при этом она будет выглядеть сексуально, а не как перетянутая веревками баварская колбаса.
Удивительно, как многого она добилась всего за год. Хотя лишнего веса у нее было около тридцати кило, но сейчас от них не осталось и следа, а год безжалостных тренировок, когда она не давала себе ни единой поблажки, превратил ее тело в то, что уже сейчас может быть магнитом для мужских взглядов. Мы в крупном торговом центре и прежде чем подняться на третий этаж, успели зайти в книжный и в кофейню, и я трижды замечал пялящихся на нее мужиков. Наверняка, таких было бы гораздо больше, но присутствие меня рядом явно этому не способствует. Хотя сама Валерия по сторонам вообще не смотрит, и ведет себя так, будто мы приехали сюда в понедельник, в самый разгар рабочего дня — дважды даже пыталась мне «выкать», пока я не напомнил, что у нас светский выход не на рабочую тему. По глазам было видно, как ее подмывало спросить об Алине, но она сдержалась. Прежняя Валерия точно сунула бы свой нос в мою личную жизнь, а и вообще в любую, потому что считала своим долгом отдать дань дружбе и хотя бы выслушать.
«А мы все еще друзья?» — мысленно спрашиваю себя, следуя по бутику в поисках беглянки, и нахожу ее выбирающей льняной белый сарафан с модной вышивкой. Он легкий и явно довольно комфортный, но по дизайну похож на мешок на лямках.
— Что? — Спрашивает Валерия, даже не поворачиваясь. В последнее время даже в наши редкие встречи она как будто чувствует меня подкожно — даже в офисе, где много людей, безошибочно угадывает именно мое приближение. — Я куплю его и мне плевать, что ты об этом думаешь. Я хорошо зарабатываю, могу позволить жить на собственные средства, а не на подачки.
Она стала агрессивной. Раньше просто огрызалась как испуганная собачонка, которую загнали в угол, и визгливый лай остался ее единственным оружием, но сейчас она рычит как натасканная бойцовская псина.
— Это не подачки, Валерия. Это твоя рабочая униформа на сегодняшний вечер.
