7
0
Но, когда между нами остается каких-нибудь пара метров, наперерез выходит расфуфыренная милфа, и чуть ли не таранит Секвойю своими здоровенными стоячими сиськами. Наверняка, отвалила за них куча бабла — в жизни не поверю, что у нормальной живой женщины может быть такая грудь. Да этими торчащими сосками можно нанести тяжелые увечья!
Разворачиваюсь на пятках, делая вид, что в этой зоне меня интересовали исключительно гантели, сажусь на лавку, делаю звук в наушниках почти на максимальную громкость и выключаю окружающий мир. Хватит с меня этой идиотской охоты на лося. Если Вадиму по душе женщины «с историей», то кто я такая, чтобы закрывать горизонт?
До конца тренировки мы почти не пересекаемся в пределах одного зала. Пару раз замечаю, что он помогает новой фанатке навешивать блины на гриф, и вес этих блинов вызывает у меня мысленный гомерический хохот — два по пять?! Серьезно?! Тут даже у человека с отсутствием возможности составлять причинно-следственные связи не останется простора для полета фантазии — настолько тупо выглядит эта «помощь». В том, что милфа напросилась сама, даже не сомневаюсь — любой адекватный качок в курсе, что для тех, кто посещает зал даже не очень регулярно, это не тот вес, об который можно сломать спину.
— А вы не посмотрите, как я делаю? — слышу голос Больших сисек как раз у тот момент, когда подходу к соседней стойке со штангой и в моих наушниках случается пауза между композициями. — А то эти тренара такие странные — никто толком ничего не объясняет, а у меня немного тянет вот там.
«Готова поспорить на сто баксов, что ни к одному из тренеров ты даже близко не подходила, и ходишь сюда исключительно с одной целью. И цель эта не имеет ничего общего с правильной техникой приседаний».
Я осматриваюсь в поисках блинов нужного веса, нахожу свои по двадцать на соседнем тренажере. Успеваю навесить один, а когда тянусь за вторым, то сзади как из ниоткуда вырастают две здоровенных мужских ручищи, собираясь перехватить мою добычу.
Конечно, это его руки. Я это нюхом чую.
— Отвали, — бросаю довольно грубо, не собираясь убирать ладони с законной «добычи». — Других что ли нет?
— Дай помогу, — спокойно басит он.
Голос, конечно…"
"Я радуюсь, что стою спиной и Вадим не может видеть моего лица — наверняка там большими жирными буквами написано, что у меня от него мокро даже там, где нечему течь. И легкая дрожь во всем теле. А еще желание послать все к черту, пойти против своих принципов и снова предложить встречи для секса. Я не стану врать себе, что этому шикарному телу, голосу и запаху будет легко найти замену.
Но проблему помогает решить появившееся прямо передо мной кривая от раздражения физиономия Больших сисек.
