Собственность бандита

Чтобы не сойти с ума от отчаяния, я буду и дальше надеяться на чудо, верить в свет и добро. В то, что однажды у меня получится сбежать. Жить как собака на привязи? Серьезно? Я человек. Я личность. Я и только я имею право распоряжаться своей судьбой.

Данте молча ведёт меня по коридору второго этажа бандитского особняка. Тянет вдаль коридора к самой последней двери. Распахивает её, входит внутрь комнаты. Я бегло осматриваю помещение и чувствую, как пульс начинает биться сильнее, с удвоенной частотой гоняя кровь по телу."

"Когда мы оказываемся наедине, у меня сдают нервы. Я вырываюсь из его хватки, даже топаю ногой, не в силах справиться с эмоциями:

— Во что я влипла, а? Во что ты меня втянул?

Он молчит. Лишь дерет меня опасным взглядом исподлобья.

— Отпусти меня, — я снова хватаю его за руку, впиваюсь ногтями в его твердую, будто гранит, кожу. Мышцы под моей ладонью моментально грубеют. — Я уйду, просто уйду. Затеряюсь где-нибудь в глуши. И все. Нет больше проблемы.

Со слезами на глазах я молю бандита. Внутри меня идет жестокая борьба. Разума и сердца. С одной стороны, я не хочу его терять, я мечтала и рыдала в подушки ночами, моля бога о том, чтобы он подарил мне надежного мужчину. Я думала о Данте. Очень много думала. В своих порочных фантазиях мечтала вновь встретиться с ним. Но вот, послушав логику, пресекала эти гадкие мысли, считая его жестоким и опасным зверем. Глупости! Я плохо знаю Данте. Точнее я его вообще не знаю. Как можно полюбить человека за одну ночь? Это просто мое глупое плотское влечение. Как к нему, к шикарному, горячему мужчине. Богу секса, порочному дьяволу, идеалу женской мечты.

— Дай мне свободу! — я перехожу на крик. Сдавленный, разбавленный слезами.

— Нет, — твердо заявляет он, достаточно жестко отбрасывая мою руку. — Ты будешь моей второй…

Кем? Любовницей? Второй женой? Или просто вещью?

Он не договаривает, сам не знает, как меня называть?

Любовницей? У него ведь есть невеста. Их брак закреплён каким-то там супер важным договором. Иметь любовницу, не уважать друга его отца? Что уже говорить про жену. Да. Вещь. Я вещь. Это про меня.

Хриплый вздох. Он поворачивается ко мне спиной, нажимает на дверную ручку и исчезает из моего поля зрения, шарахнув дверью. Клацает замок. Данте меня запирает. Одну. В пустой просторной комнате, с интерьером как в музее.

Колени подгибаются. Я оседаю на пол, будто моё тело набивается ватой, впиваюсь пальцами в мягкий ворс белоснежного ковра и крепко зажмуриваюсь. На ресницах застывают слёзы. Всхлипнув, я сдавленно шепчу вполголоса, но жаль, что он меня не услышит. Моя фраза звучит как крик. Отчаянный вопль в пустоту:

— Я не хочу быть твоей второй. Я хочу быть твоей первой. То есть одной. Единственной.

Глава 10

Данте

— Сынок, здравствуй. Проходи. Есть важный разговор.