1
0Бандит знает мой секрет.
— Так ты, оказывается, решила меня обмануть? — мужчина начинает злиться, а я молчу. Мне так страшно! Язык отсыхает, будто я немая. Неподчинение и заторможенность раздражает преступника. Бах! Я взвизгиваю, когда он, запугивая меня, лупит кулаком в стену. Непробиваемый, как сталь, кулак с глухим стуком впечатывается в бетонную стену в паре сантиметров от моего лица. Крошки побелки, будто снег, падают на мои волосы.
Я. В. Полном. Шоке. Что сейчас будет?
Я открываю рот. Дышу часто и рвано, задыхаюсь. Тяну руки к животу, пытаюсь защитить самое важное от бешеного зверья. Мамочки! Да если он узнает, он же не пощадит. В пыль нас сотрёт. Данте скалится ещё жёстче. На точёных скулах играют желваки, полные, чуть влажные губы обнажают хищный оскал. Я даже вижу, как подергивается его левый глаз. Он трясет рукой, стряхивая с кожаной куртки крошки побелки, разминает пальцы, резво сжимает руку в кулак, чуть отводит её назад и целится. Но уже не в стену. А точно мне в голову.
Один удар. Всего лишь один его мощный хук… и я — воспоминание.
— Нет!
Я кричу, оживаю. Надо бороться за свою жизнь. Хоть как-то попытаться отстоять свои права. Я не его собственность! Я не вещь! Чтобы приходить ко мне, когда вздумается, и трогать, как захочется. Да кто он, чёрт возьми, такой? Надо врать, отбиваться изо всех сил и притвориться, что этот ребенок не его, а Славы."
"Адреналин кипятит кровь в венах. Я собираюсь с силами, несмотря на то, что до обморока его боюсь, потому что очень сильно хочу жить. И, оживая, отвечаю. Мой голос практически не дрожит. Лишь чуть-чуть обрывается.
— Отойди от меня, — пытаюсь оттолкнуть мерзавца, но проще сдвинуть с места грузовик, чем этого великана. — Как ты смеешь ко мне прикасаться?
— Ты беременна, да? Алиса, — Данте растягивает моё имя по слогам.
— Да. Мы со Славой ждем ребенка.
Я чувствую, как бледнею прямо у него на глазах. А мои глаза скрывают ложь.
Нет, ничего не выйдет. Меня видно насквозь. Вообще, я плохая актриса.
— Что ты мне врёшь! — рык на всю квартиру, аж окна дрожат. — Мои парни пасут тебя почти пять месяцев. Ты давно рассталась со своим утырком. Он отдал часть денег и снова ушёл в рейс.
Хочется сжаться в комок, забиться в угол, в воздухе раствориться невидимым паром. Лишь бы прекратить весь творящийся здесь ужас. Но я должна быть сильной. Даже если меня бьют, ломают, ставят на колени. Ради спасения жизни моего бесценного сокровища.
— Вот именно! Отдал. И ушёл. Чтобы заработать опять. У нас скоро малыш родится. Что вам ещё от нас надо?! — я отчаянно кричу, топая ногой. Эмоции сильнее меня. Внезапно меня охватывает сильная слабость. Даже ноги подкашиваются. Глаза закатываются, я куда-то лечу, инстинктивно пытаюсь ухватиться за крепкие плечи мужчины.
