Собственность бандита

Бандит хватает меня за плечи, крутит вокруг оси, прижимает лицом к стене. Ещё один несильный шлепок. Только уже по попе. Ахнув, я выгибаюсь дугой навстречу сумасшедшим чувствам. Для яркости ситуации, Данте заламывает мне руки за спину, будто я его заложница. Вообще, да, так оно и есть.

— Твой бывший тебя когда-нибудь брал в попку? — вкрадчиво шипит на ухо бандит, ударяя языком по мочке.

— Не смей упоминать эту сволочь, — огрызаюсь я со злостью.

— Ах, да, прости. Он оказался ещё большим говном. Я недостаточно гадко о нём думал. Бросил беременную девушку и слинял. Уёбок. Не делай добра — не получишь зла. Теперь ты моя. Вещь. А если бы не связалась с кретином, была бы человеком. Свободным, личностью.

— Я человек. Личность! А ты — дикий зверь!

Что это с ним? Стресс так проявляется? К чему прошлое вспоминает?

Но вскоре я понимаю, что Данте со мной играет таким вот образом, чтобы сделать секс более ярким, бешеным, сумасшедшим. Распаляет аппетит, дразнит, злит, чтобы набросилась на него голодной дикой кошкой. А он бы меня наказал. Членом. Быстро, жёстко, глубоко. Так, чтобы орала до срыва горла и в стонах собственных захлёбывалась.

— Полегче со словами, малыш. Ты ведь моя собственность.

— Кто дал тебе право так меня называть? — продолжаю игру, брыкаясь.

— Ты забыла? — наваливается на меня тяжелой стеной, доминируя. — Потому что я так сказал. А я здесь всё. Моё слово — закон.

Треск ткани. Он рвёт на мне сначала трусики, а потом ещё и бюстгальтер с тела беспощадно срывает.

— Ай! — конечно же, воспитывает хлёстким, но не болезненным ударом ремня по попе, чтобы я уяснила твердость его слов. И штанов, наверное. После удара он прижимается ко мне пахом к ягодицам, трётся стоячей эрекцией через брюки, рычит, обнюхивая свою добычу — волосы, шею, ключицу. Даже слегка кусает за плечико. Звееерь!

— А будешь сопротивляться, пререкаться или выразишь несогласие с моими словами, я сделаю с тобой столько грязных вещей, что ты на всю оставшуюся жизнь запомнишь!

— Данте! Ох, хватит! — я задыхаюсь от сумасшествия, вспыхнувшего между нами, когда он сдирает с себя одежду, наваливается на меня абсолютно голый и чертовски горячий. — Ты же ранен. Ты что творишь?! Перестань. Правда! У тебя невеста есть! Как ты смеешь! — у меня почти начинается истерика.

— Мне уже намного лучше. Наш брак — всего лишь брак по расчёту. Хочешь секрет? Я не трахал её. Ни разу. Даже не целовал. Пока ещё… Я от тебя фанатею, малышка! Не могу тобой надышаться.

Горячие властные пальцы ныряют под мои ноги, поглаживают бёдра, вызывая волны дрожи по всему телу из мелких мурашек. Я запрокидываю голову назад, умираю в сладких муках, когда чувствую, как пальцы бандита юркают между складочек, уже влажных и готовых принять в себя большой и твёрдый член.