11
0Мы в курсе.
Даже так? Поинтересовались, значит. Прокачали через Центр.
— А про что надо?
— Про то, кто вас и с какими целями приставил к Галибу.
— С целями охраны многоуважаемого…
«Тот, что стоит справа, — самый хлипкий. И какой-то заторможенный на вид. Справится с ним будет проще всего…»
— …Галиба, за жизнь которого я отвечаю перед…
Сэм недовольно поморщился.
— Не хотите говорить? — спросил переводчик.
— Я говорю! Я только и делаю, что говорю. Галиб нанял меня для своей охраны и озвучивания его приказов, потому что он поклялся именем Аллаха не открывать рта, пока…
«Второй — крепкий. Взгляд быстрый, цепкий. Этот, похоже, самый опасный. Если начинать, то надо с него…»
— … будет жив последний неверный.
— Мы в курсе.
— Ну вот. Я и говорю… И ещё охраняю. И вообще… Галиб хорошо платит. И я служу…
«Третий и четвёртый… Их быстро не достать. Надо сообразить, хватит ли длины цепи, чтобы до них дотянуться…»
— Хватит играть дурака, — сказал Сэм. По-русски. С акцентом. Но вполне понятно. — Если вы не станете говорить нам, мы будем применять силу.
Быстро он перешёл от слов к делу.
— Ваше решение? Даю одну минуту думать. Через минуту вы будете страдать.
Сказал спокойно, без эмоций. Очень плохо, что без эмоций. Не психует, не злиться — просто работает. Такой — самый опасный. Глазом не моргнув, душу из тела вытянет. Причём не сразу, а по одной жилке.
Пошла секундная стрелка.
— Зачем силу? Я всё объясню. Да скажите же ему, он, наверное, плохо понимает по-русски. Переведите ему, — засуетился, залебезил пленник.
Ну не героя же ему партизана из советского патриотического боевика играть. Оно, конечно, лестно, но героев бьют крепче, чем трусов.
— Ну, скажите же, скажите!
— Он понимает.
Минута прошла. Сэм отступил на шаг и кивнул. Просто кивнул. Значит, всё было оговорено заранее. Два дюжих молодца из местных приблизились, закатали рукава, чтобы форму не забрызгать. Оглянулись на Сэма. Тот стоял безучастно.
— Вы не передумали? — спросил переводчик.
— Конечно, передумал!
— И что?
— Я нанялся к Галибу охранником…
Кивок. Удар!.. Хорошо поставленный, в солнечное сплетение, так что дыхание перехватило. Что дышать стало нечем. И тут же ещё один удар в печень.
— А-а!
Хорошо, что можно орать в голос. Нужно орать. Это по роли. Он же не герой и не надо стискивать зубы и демонстрировать ненависть к палачам. А можно закатить глазки и что есть мочи:
— Ой! Убивают! Совсем убили-и!
Удар! Удар!
Не калечат. Значит, предполагают бить долго и со вкусом. Это очень плохо. Опытные ребята. Своё дело знают.
