Смутьян

Всё равно сморщилась от боли, но желание ощутить эти толчки в себе были гораздо сильнее, и я тянула и прижимая мужские ягодицы к себе, мечтая о том, чтобы он увеличил темп. Он чувствовал все мои желания нутром, и постепенно стал двигаться более жарко и быстро. Я растворилась в эмоциях, в этом ощущении, когда он заполняет собой меня полностью, очень глубоко и мощно.

Секс повторялся по кругу, в разных позах почти до рассвета. Мы не могли, не хотели остановиться. Мы просто испытывали животное желание и стремились его удовлетворить телами друг друга. Не думали ни о чем, даже почти не говорили, только секс, секс и секс…"

"Измотанные, уже под утро, на скорую руку приняли душ и улеглись в постель. Прижалась к нему котёнком и тут же уснула, довольная и счастливая в руках своего любимого котяры…

66.

Мы провели вместе несколько дней. Этого казалось бесконечно мало, но выбирать не приходится. Расставаться всегда тяжело, но уже через трое суток я была у себя дома. Едва сообщила Алле, что вернулась, как она тут же нарисовалась на пороге. Снова пригласила её на кухню поболтать за чаем, появилась некая с ней традиция - разговоры в кухне за чашкой чая.

- Ну как он? - расспрашивала она с любопытством.

- Нормально, - ответила я. - Похудел немного, постригли его под ноль. А так - всё тот же Вадим. С ребятами, говорит, отношения сложились неплохие, никто его не прессует.

- Если и прессуют, нам он не скажет, - пробурчала себе под нос мама Вадика.

- Я тоже так думаю, - встретилась взглядом с синими глазами. Кажется, мы все же понимаем друг друга гораздо больше, чем может показаться. - Но Вадим сумеет постоять за себя.

- Это уж точно, - отпила Алла ещё чая. - Боец он у нас. За это и сидит.

Я опустила глаза. Не люблю об этом говорить. Прекрасно помню, как его мать обвиняла во всём меня, и я не могу сказать, что она не права…

- Извини, это не тебе в огород камень, - сказала она, считав абсолютно верно мою реакцию.

- Я же понимаю, что вы думаете по этому поводу, - подняла глаза на неё. - И вы правы. Я виновата во многом. Только ничего уже сделать всё равно нельзя. Я не могу обернуть время вспять.

- Алин, - женщина внезапно довольно мягко взяла меня за руку. - Не кори себя. Знаешь, я… много думала над вашей историей. И ещё…

Она замялась на время, будто размышляя, стоит ли мне говорить или нет.

- Вадим рассказал мне всё, - решилась она всё же договорить начатое. - Про твою маму, семью, про брак с Виталиком.

Вот как. Сидела и смотрела в свою чашку. Так Алла теперь всё знает. Может, и к лучшему? Чего уж теперь, рассказал так рассказал. Только бы ещё хуже обо мне не стала думать после этих «весёлых историй».

- Не тушуйся, - сжала она мою ладонь сильнее, привлекая внимание. - Я стала тебя понимать. И Вадима. Ничего тут нет стыдного. Дети не в ответе за родителей.